Головна




Василь ЗАГОРОВСЬКИЙ

Духовное завЂщаніє

Слово едного старого карпаторуского бояра именем Горзова



ДУХОВНОЕ ЗАВЂЩАНІЕ.


НАСТАВЛЕНІЕ ДЂТЯМ И ПРАВИЛА ДЛЯ ИХ ВОСПИТАНІЯ; РАСПОРЯЖЕНІЕ ОБ УСТРОЙСТВЂ ЦЕРКВЕЙ, ГОСПИТАЛЕЙ И ШКОЛЫ. 1577, ІЮЛЯ 11


ЛЂта божого нароженя 1579, месяца августа, 10 дня.

Пришедши на ряд кгородский володимерский, до мене, Адама Мисевского, на тот час будучого на местцу пана Дем'яна Павловича, подстарости володимерского, в небытности его у Володимери, его милость, князь Дмитр Козека а пан Ян Бокий Печихвостский 1, оповедали и покладали их милость спис, менуючи его быть тестаментом его милости, пана Василя Загоровского, кастеляна брацлавского, городничого володимерского, властного писанЂя руки его милости, з орды до их милостей, яко опекунов, от пана Загоровского присланий, который спис на чотырох аркушах писан, шолком белым оные чотыри аркуши зшиты. А иж теж, в того спису, от их милости, князя Козеки и пана Бокия, тестаменту менованого доложоно, же есть дан под печатью пана брацлавского и теж под печатью пана Федора Бокия Печихвостского, тактеж под печатью пана Романа Непитущого, в которого кустодия одно на печати вырезана, але печати ни одное нет. И оный спис, за прозбою их милости, я слово от слова в книги кгородские уписати велел; а так ся в собе мает: во имя святыя, единосущныя, животворащыя и нерозделимыя тройцы, отца, и сына, и святого духа. Амень.

Я, Василей Петрович Загоровский, кастелян брацлавский, маршалок господара короля, его милости, городничий володимерский, видячи, иж вси речи, иле их есть на сем свете, отмены и менущи суть, толко час смертельный, тот кождого, на свет от живота матки его рожденного, минути не может, а ни минет: прото я, маючи то перед очима моима, ачколвек будучи на послузе господаря короля его милости, пана моего, и Речи Посполитое, сее прошлое весны, через войско неприятелское, люди, на он час царевича, а теперешнего царя крымского Магомета Кирея, а меновите через Мамая Девеевича мурзу и иных мурз, з которыми могло быть татар людей тысячей чотыри, в панстве господаря, его милости, пана моего, в земли Волынской, меновите во именю пана Сошенского, под селом Редкою, з иншею братьею моею, обывателми земли Волынское, оббит и погромлен, сам збит и зранен, также з некоторыми братьею моею и теж з слугами моими у везенье неприятелское взят; там же и немало маетности моее, от тых неприятелей, поганства татар, побрано. И будучи тут, в того предреченого Мамая мурзы у везеню час немалый, а постерегаючи того пилне, абы ме в том везеню смерть без порядное розправы не зашла, и, ачколвек от того збитья, зраненья и везеня неприятелского естем здоровя неспособного, однакож з ласки милостивого бога, будучи в зуполной памяти и целом розуме моем, сим тестаментом моим, во всем розмысльне справуючи его, остаточную волю мою, всим вобец и кождому зособна, кому бы о том нине и на вси потомные часы ведати належало, ознаймую и явно чиню.

Найпервей о том, если бы бог милосердный, тут у везеню неприятелском, душу мою з грешным телом моим розлучил, тую в руки владыцЂ, богу отцу вседержителю, богу милосердному, поручаю, маючи надею в его бозком безчисленном милосердью и в досыть учиненю за греки наши сына его единородного, господа нашего Исуса Христа, седящого одесную отца и прийдучого со славою судити живых и мертвых, его же царствию несть конца. А тело мое грешное, будь который християнин або пан татарин, в землю где погребет, за то ему маю надею в ласце бозской, иж бог милостивыи заплатит.

А што ся дотыче детей, сынов моих, Василя и Максима, которыем в малых детячих летех их, з маетностю моею рухомою, в замку его милости господарском володимерском, в забегу перед татары, при слузе моем Куриле а при хлопце Сидоре Засядковичу, едучи на послугу воєнную за татарми, зоставил, тые в опеку и милостивыи шафунок богу милосердному во тройцы єдиному, яко отцу сирот, поручаю, зычечи им того верне, абы лет в боязни его бозской доростали, в раду с неверными не входили, на дорогу несправедливих не ступали а на столцы губителей не седали, но в законе господнем завжды волю свою мели и в нем училися вдень и вночи. Ведже, иж молодость в детиные лета их, до зуполного возрасту, потребуют мети при них сердоболного приятеля, который бы их не толко покормом телесным ускормивал, але и добрых норовов уставичне приучивал, што никому иншому власне бы им оказовати не належало, яко в небытности отца в дому, або по зештью его з сего света, матце цнотливой, добре заховалой и статечной.

Але иж мнЂ, отца их, также и их самых бог милостивыи, за грех мой, таковою жоною, а их маткою, наведил, которая, вже год на день светых апостол Петра и Павла, в року прошлом семьдесят шостом, минул, яко, за посланьем от матки своее брата ее, князя Юрия Чорторыского, в мене впросившися наведити хорую матку свою, к монастыру Земенскому отъехала и, як там з ее милостю, панею Александровою Загоровскою, дядиною моєю, а бабкою своєю, приехала, также, воли своей досыть чинечи а не памятаючи на повинность и присягу свою, кром воли моее, малжонка своего, не едучи в дом мой з ее милостю панею Загоровскою, бабкою своєю, оттоль з Земна, з маткою своєю в дом ее до Клеваня ехала, до которое, упросивши, послал трех приятелей моих, людей зацных, их милости: пана Александра Жоравницкого, старосту, ключника и городничого луцкого, пана Гаврила Бокия Печихвостского, судю земского луцкого, и пана Йвана Хренницкого, упоминаючи ее, дабы присязе своей досит чинила, а ко мнЂ, малжонку своєму, и до детей своих, в дом мой, ехала и зо мною статечне, подле невинности своее, в малженстве мешкала. Нижли она не толко, за таковым малженским через паны приятелЂ мой вспоминанем моим, але потом и о врядовное листом вряду судового земского луцкого, через возного земского повету луцкого, пана Григоря Вербского, и шляхту, людей добрых, навпоминанье ничого не дбаючи, ко мнЂ, малжонку своєму, и к детям в дом мой, аж до того часу, яком на послугу господара его милости и Речи Посполитое, противо поганства татар, на третей недели, вступивши в пост великий в суботу, на день святых сорокомученник, з Володимера выехал, ехать не хотела, а мешканье свое при матце своей улюбивши, проежчок по Литве и индей, где ся ей подобало, уживает.

Прото я, з тых таковых ее поступков, собе ее значне незичливою жоною, а деткам моим неприязливою, а праве неласкавою маткою бачачи, тые дети, сыны мои, Василя и Максима, в милосердный шафунок богу милостивому от мене поданые, в ласкавую опеку, до зуполных лет их, и в зычливое выхованье ее милости, паней Александровой Загоровской, паней Зофее Ивановне, княжне Жеславской, дядиной, а яко матце моей велико ласкавой, а при бабце и матце их хрищоной, сим тестаментом моим поручилом и поручаю, под тым способом: мает ее милость их, яко властных детей своих, и вси имения — Суходолы, Дегтев, Перевалки, дворец Ильинский под Володимером, дворец Тишковицкий и часть в дворцы Островцы, в опеце своей держати, а того всего, яко власности своее, уживаючи, детям моим, яко налепей быти может, выхованье в молодости их, в боязни бозкой, даючи, на всих тых именнях моих до живота своего з ними, детми моими, мешкати и пожитков всих примножати и причиняти мает, приспоряючи того всего им, што ласкавой матце и добрым детям оказовати належит. И покорне ее милости прошу, абы тое сумы пенезей, осми сот коп грошей, которую вена своего, на третей части именей Суходол, Дегтева, Перевалок и дворца Островца, мне по животе своем ее милость, з ласки своее, записом своим, записала и до книг земских, часу роков судовых, перед судом володимерским, зазнала, от них, детей моих, водлуг обетницы своее, не отдаляла а записом своим особливим то им, з милости своее повинное, тепер, як и мне, записала и на вряде земском, часу роков у Володимери зазнавши, до книг земских то записать дала.

А иж, за поволностью заслуг моих, зналем ласку и милость, офяроване к собе ясневелможного княжати Костянтина Костянтиновича, княжати Острозского, воеводы киевского, маршалка земли Волынское, староста володимерского, его милости, князя Андрея Михайловича Курбского Ярославского, князя Дмитра Андреевича Козеку и пана Яка Федоровича Бокия Печихвостского, брата моего, про то их милости, панов а добродеев моих милостивых, покорне и унижоне прошу, абы як тепер, поколя мене тут милостивый бог в руках неприятелских, у везенью задержит, также если бы мя се зде до хвалы своее светое, порознивши душу мою з грешным телом моим, взял, ее милость, пани дядиную мою, пани Александровую Загоровскую, з тыми поменеными детми моими, также и именейца мои, в обороне своей мети и им кривд делать допускать не рачили; за то их милости бог милосердний ласкою своєю бозкою платити будет.

Злаща, абы их милость того, з ласки своее, перестерегати рачили, якобы жона моя а матка детей моих, так значне, о чом ся вышей достаточней поменило, им и мне несприязливая, в дом мои николи, аж до зуполных лет оных детей моих, не въежала и в нем не бывала. А кгдыж мене, малжонка своего, и их, детей моих, не помнячи на присягу свою и не оглядаючися на добре мниманье, што статечные жоны звыкли перед очима своими завжды меть и малжонком и деткам своим оказовать, опустивши и дом мой собе огидивши, а волочащый живот улюбивши, там, где се ей подобало, мешкает, а проежчок уживает. Про то и повторе, як ее милости, панее дядиное моее, которой в опеку дети и имення мои поручилем, также и их милости, панов и добродеев моих милостивых, звыш в сем тестаменте моем меновите описанных, пилне и покорне прошу, а вашое милости, господару княже Дмитре Козеко, а пане Яне Бокию, брате мой милый, и добродЂи велце ласкавые, особливые, за то велице жедаю. А кгды жести ми ся, з ласки своее, учинностью братерскою, часу пристойных потреб моих, добродЂйми и приятелми статечными быть обецовали, теды слова и обетницы ся упомкнаю, абысте в кождой потребе, з ласки своее, в чом бы ся ее милость, пани дядиная моя, або слуги мои, в кривдах и долеглостях своих и детей моих, ку вашим милостям утекали, звлаща от въеханья в дом мой жоны моее, ласкавую оборону делати и никоторое крывды никому им чинить не допустить.

Ведже, кгды милостивый бог дЂткам моим лЂт зуполных дорости даст, на он час, бачачи статечность матки своее, могут ее к собе в дом взяти, ее чтити и, як добре заховалой матце цнотливые дети, услуговати. А которые шаты саяны жоны моее у схованью моем з речми и шатами моими зостали, тые ее милость, пани дядиная моя, ей тепер вси отдати мает. Кгды теж дЂтям моим бог милостивыи даст по семи лЂт, мает ее милость, пани дядиная моя, дяка добре учоного и цнотливого способити, або того Дмитра дяка, што в мене служил, зъеднавши, в дому моем або в церкви святого Ильи, у Володимери, их руское науки в писме святом дать учити и, не пестячи их, пилне и порядне до науки приводити, так яко бы ся напотом, з доброе науки своее, богу милостивому для помноженя хвалы, господару своєму и Речи Посполитой ку службе, их милости, панам, так родителям, яко и приятелям своим, и теж всим посполите и кождому зособна, до целого отдаванья повинності своее згодитися могли.

А коли им бог милосердний даст в своем языку руском, в писме святом, науку досконалую, в молитвах к богу, створителеви своєму, и в отдаванью достойное чести и хвалы его ж святой а бозской милости, в собе мЂть: тогды мает ее милость, пани дядиная моя, бакаляра статечного, который бы их науки латинского письма добре учити мог, их зъеднавши, в дому моем велЂть учить. А кгды вже в науце той добрые печатки в себе мети будут, мает их ее милость, за радою их милости, панов добродеев моих, в сем тестаменте моем вышей меновите описаных, до Вилни к езуитам, бо там хвалят дЂтям добрую науку, або где ся напристойней их милости видеть будет, до науки дати, которое абы ся, до дому не проежчаючи, а ни в нем бываючи, если бог даст, сем лет, або и болш уставичне и пильне учили; отколи им бог милостивый даст умеетность досконалую в латынской науце, мают быть даны через их милость, паны приятелЂ мои, в службы, на таковые местца, где бы в боязни бозской цвиченье им быть могло.

Также, абы писма своего руского и мовенья рускими словы и обычаев цнотливых и покорных руских не забачали, а наболшей веры своее, до которое их бог везвал и в ней на сесь свЂт створил, и набоженства в церквах наших, греческому закону належного и порядне постановленого, николи, аж до смерти своее, не опускали, посты святые пристойне, последуючи слов збавителя нашого, в евангелие святой описаные, постили, богу ся, створителеви своєму, завжди молили, ближнего своего кождого, як себе сами, любили, а ереси всякеє, як одное трутизны душевное и телесное, пилне ся выстерегали а от нее ся огребали. А наостанок, именем бога живого, во тройцы єдиного и милосердного, в том их обовезую, абы с таковыми людми, которые, отступивши пристойных преданей церковных, ересей своволне уживают, никоторого обцу, а ни вживаня з ними, приязни не мели й в домех таковых людей, кроме великее нужи и кгвалтовное потребы, николи не бывали.

А коли се в добрых обычаях, на таких, яко вышей номенил, местцах, служачи, прицвичат, тогды мають быть даны в службу господарю королю его милости, пану нашому, й там, се богу милостивому уставичне молячи, ласки господара, его милости, служечи верне его королевской милости и Речи Посполитой, дослуговати мають.

Якож тепер заразом их милость, панове приятели добродЂи мои, в сем тестаменте моем описаные, господара короля его милости просити мають, абы, милостивый взгляд на заслуги мои маючи, детям моим милостивым паном был. А заслужоное, котороем продку его королевское милости, пану моєму милостивому, Жикгимонту Августу, королю его милости, цнотливе заслужил на мытех волынских юркгелту, з ласки его милости господарское, по двЂсте золотых, на каждый год, мне поступленое, а за сем лет не плаченое, жебы водлуг листов продка своего, короля его милости Жикгимонта Августа, которые листы, з иншими листы моими, в белой скрынце есть, заплатить розказать. А особливе, иж тепер, на службе его королевское милости и Речи Посполитее, кгдым в руки неприятелские попал, шкоды мнЂ от тих неприятелей, поганства татар, в побранью двадцати шести коней, к тому в золоте, в сребре, грошах готовых и в инших рыштунках, зброях, к потребе военной належачих речах, если не болш, тогды певне тисячу коп грошей литовских, стало мають их милость, панове приятелЂ и добродЂи мои, господаря, его милости, просити и покорне чолом бити, абы тую, так значную и немалую шкоду мою, на службЂ его господарской и Речи Посполитее поднятую, з скарбу своего королевского, або чим будет воля его милости господарская, толко бы за шкоды вси пристойне досить ся стало, ласкаве нагородити рачил.

А кгды бог милостивыи детей моих до возрасту мужеского, в котором малжонства святого потребовати будут, здоровых доховает, тогды мают они себе, от самого бога милостивого, малженства зычити, из его святых бозких рук смотрети, не сквапяючися на красу людскую, а ни на маетность и славу чиего дому, велможного и оздобеного, скороминущую, одно мают смотрЂти того пилне, если таковые люди, з которыми бы они у вечную приязнь вступить хотели, себе сами, дом, дети, челядь и подданные свои в боязни бозской и во всякой почтивости выховывают, нестатечностями, опилством, танцами, играми, прохожками пустошными, чародействы, ворожками и иншими, богу противными, злыми речми, щто в нас дворством зывали або зовут, брыдят се, в таковых домах, злаща абы одное веры з ними были, поручивши ся богу милостивому, могут безпечне в святое малженство вступовать, не смотрячи по жонах великих посагов, кгдыж досыть будут мети богатства, коли трафят на таковые жоны, которые ся з ними сполечне будут бога милосердного боять и в законе бозском завжды себе ховать.

А што ся дотычет дочки моее Ганны, которую имел с первою жоною моею Мариною Збаразскою, той, ласку и милость мою повинную отцовскую цело отдаючи, хотя жем ее, про незычливость матки ее, николи очима моима не видил, записую ей тьга тестаментом моим, по животе моем, тисячу коп грошей литовских, под тым способом: кгды ей бог милосердний человека доброго в малженство даст, ее милость, пани дядиная моя, пани Александровая Загоровская, мает ей, на он час, зобравши з пашен, з ставов и з инших пожитков, именей мрих, пенезей тисячу коп грошей литовских дати, а лист зазнаный, и выреченый, и на враде вызнаный, иж то ей, з ласки моее отцовское, дано, от нее взявши, у схованю своем, з иншими листы моими, ховати мает. А особливе мает ей, дочце моей Ганне, на он же час, кгды замуж, даст бог, отдана будет, дати стада сверепего тридцятеро поголовя, овец сто, к тому коновочку сребряную, кубочки два позолотистых, один у другий складаные, а один кубочок позлотистый же з накрышечкою и д†чарки сребрных, штом все за маткою ее взял был.

Виненем теж сто золотых полених, то ест сорок коп грошей литовских, братьи моей в Литве, князю Щасному и князю Ерославу Ерославовичу; тую сорок коп грошей ее милость, пани дядиная моя, зобравши з именья моего, их милости отослати, а квит от их милости, иж тая заплата вся их дошла, велЂть взяти мает. А што мнЂ князь Кирик Ружинский за ланцух мои сто золотых полских, то есть сорок коп грошей, описавшися под добрым словом, квитом своим, от часу немалого винен зостал, тые пенези в него ее милость, пани дядиная моя, отыйскати и оних ся ему упоминати мает. А если их не отдаст, а мое добродейство в куншт який себе обернет, ему то бог милостивым заплатит.

А иж поручил мнЂ в опеку жону, дети и маетность свою пан Юхно Оранский, о то особливе их милости, панов добродеев моих, в сем тестаменте моем описаных, прошу, абы оную бедную вдову и дети ее в ласкавой их обороне своей мети рачили, не допускаючи ей крывд никому делать. А што пенезей его небожчиковских на мое потребы, купуючи мед пресный, двадцать коп грошей выдано, которых часть священик мой Суходолский, продаючи воск, того меду зобрати мел, о том и теперь ее милость, пани дядиная моя, старанье вделати мает, абы тая двадцать коп грошей литовских вся с тыми пенезми, што священик за воск возмет, зобрана будучи, до рук священика Суходолского в схованье отдана была. А кгды дети пана Юхновы лет своих доростут, на он час, водлуг воли его небожчиковское, жоне и детем его, так вси пенези, яко и листы его, священик суходолский в целости, при людях добрых отдати мает, ничого и найменшее речи при собе не зоставуючи.

Зычилем теж собе того и тепер зычу, яко бых з милосердья бозского сам тому, за веку моего, досыть уделал, церков в именью моем Суходолах и шпитал.и, так в Суходолах, яко и при церкви святого Ильи у Володимири, збудовал и, водлуг потребы, уфундовал, цвинтарь коло церкви святого Ильн уробал. А если бы того мене бог милосердный вделати не зычил, тогды в том ее милость, панию дядиную мою, обовязую и покорне прошу, абы ее милость, не пускаючи того на проволоку, заразом, кгдыж и дерево все поготову есть, церковку хвале божьей а для соборного моления людем божим, на память вознесения господа нашого Исуса Христа на небеси, на том местцу, гдем я священику суходолскому и Маковскому оказовал, на моцных стандарах, высоко, взвыш на чоловека, во имя божье, заложивши, тесли доброго способивши, охандожне и моцне збудовали, а притвор на муре абы коло всей церкви и коло олтара, толко абы в горе олтара людем обходу не было, и склепене внутри церкви тым способом, як у церкви святого Ильи, вделали, а побой кгонты округлый, як в Миляновской дворной князя Курбского церкви, жебы был вроблен. Того толко постерегати пилне потреба, абы мог быть приход на гору под кгонты зметывать снег, што зиме метелица наметет, жебы в церков не капало; або пак под побоєм верх мхом умшити и глиною шпарунки полепити, абы снЂг, кгды скрозь кгонты наметет, роставши, не прокаповал.

Образы, так Деисус, яко наместные иконы празничные и пророцкие, абы водлуг потребы и порядку церкви нашое хрестиянское, охандожне помалеваны были, и лихтар для свеч, также як в церкви святого Ильи, абы был завешон.

При том, звонници немалые жебы при обеех церквах, так в Суходолах, яко и у Володимери, вроблены были; звонов чотыри: два по двадцати, а другие два по десяти коп грошей литовских мают быти куплены, которых два больших з меншим при церкви Суходолской, а другие два при церкви святого Ильи мают быти на звонницы завЂшоны, а по третем звонну старом.

При тых церквах есть сосуды: келех один сребреный позолотистый и лыжица при церкви святого Ильи есть, а к церкви Суходолской также вроблено быти мает. К тому Евангелие двЂ, кресты два сребром оправить и позолотить, кадилниц д†з сребра уковать, стихари два дияконских з белое адамашки, а два стихари полотна коленского, для повшедньгх дней, справить и до тых церквей дать.

Церковь святого Ильи верх, абы от метелицы в ней не капало, а для того, жебы не гнила, поправити, цвинтарь коло церкви святого Ильи, нанявши трачов и порезавши колоды дубовые, што там есть, у звязь охандожне и моцно вробити. А там же, на том горбе, недалеко от церкви, за домом поповым, плитницу, вдовжь на сороку сажней, вробивши, цеглы в ней наделати, и печь там же при водЂ вробивши, так цеглу, яко к вапно выпаливши, в тую звязь, цвинтарь цеглою обмуровати и дырки, одна от другее на сажен, для обороны от неприятеля и стреляня з ручниц поробити.

Образы празничные в церкви святого Ильи велеть помалеветь, а озли наместных икон, также в той церкви, по правой стороне вшедши в церков, икону великую, абы тое все голое местце заступила, во имя трех святителей: Василя Великого, Григоря Богослова, Иоана Златоустого, охандожне. казавши вьшалевать, там поставити.

Шпиталь один в Суходолах, на том местцу, гдем священику Ходовскому и Маковскому вказувал, то есть избу белую сажней трех, сЂнь сажней трех, чорную избу напротивку, сажней трех, вдЂлати; сеней в бок на полтори сажня поперек переперити, то ест загородити, абы две коморки на схованье были: одна белой, а другая чорной избЂ; двери з сеней, одни на улицу, а другие дверки в бок, в сад, к церкви ходити, и в сенях комин, для варенья есть, с цеглы змуровать.

В Володимери, при церкви святого Ильи, удолж боком одньщ от реки, то есть от залужя, также власне дом поставити, одно там причинити для диякона домок в одну ж стену и под один з тым шпиталским домом побой, избу на полтретя, а сЂнки на полтора сажня, стаєнку на поповы и дияконовы кони, также в стену на два сажни, а у бок к воде окно в той стаенце, для метанья гною, вделати, абы на цвинтар гной и нечистоть не была метана. И як попова дому, так и тых Домков цвинтарем около огорожовать не потреба; бо то место плоту немало займет. Там же увесь тот плац по за цвинтарю садом порядно в шнур, дерево от дерева на пять сажней садячи, груш, яблок, слив угорских, а вколо черешень насадити. На то все, иж немалого кошту и грошей, так к церковныа накладом, яко и шпитальным работам, есть потреба; прото ее милость, пани дядиная, збожья, пшеницы, жита и инших збожей спродавши, тые вси потребы, не пускаючи на проволоку, справити, а за божою помочью докончивати их мает

А осмотриваючи священики, диякона и доброго дяка, также и шпиталь при церкви святого Ильи, о чом бы, так уставичне мешкаючи, богу милостивому хвалу воздавать могли, священику збожа пашни моее дворца володимерского, на кождый год, жита коп пятдесят, овса коп десять, гречки коп пять, ячменю коп пять, пшеницы зо млына моего володимерского, на проскуры и на его потреби, мац три; диякону: жита коп тридцат, овса коп пять, гречки коп полтретЂ, ячменю коп полтретЂ; дяку: жита коп двадцать, гречки и ячменю — толкож як и диякону, з пашни моее дворца тишковицкого, также в кождыи год мает быть отдавано. К тому третяя мерка млына моего володимерского мает быть запродана або арендована, за которую, певен есмь того, иж дванадцать коп грошей литовских дадут на рок. С тых дванадцати коп грошей попу коп три, диякону коп три, дяку коп чотыри, на сукню коп полторы, а на кожух полкопы грошей, в каждый год, мает быть плачено.

А то Для того дяку доброму больш, абы вставичне в той белой избе, против шпиталное чорное избы мешкаючи, дЂти, которые на науку будут ему даваты, а богу и людем добрыи вдячне учил, в церкви на книгах горазд читал и пЂл, книги, яких церков пилне потребует, з доброго зводу, жебы уставичне писал, абы в кождыи тиждень по три тетради дестных справедливе, а нефалшиве написывал. А на год полтораста тетрадей паперу на то, киновари, орешков, копырвасу и кгумю на черныло ее милость пани, за мое пенези купуючи, ему давати мает.

А на уфундованье шпиталя, абы в нем уставичне, при церкви святого Ильи, на каждый год, по дванадцати особ убогих а здоровья неспособного людей богу милосердному служили, маеть ее милость, пани дядиная моя, в пана Василя Капли млынарство белоберезское купити; бо ми то продати обецал. А купити то ее милость мает, с тых пенезей сто и двадцать коп грошей взявши, которыем у скрынци моей, в Курила и в Зясядковича, близко полшоста ста коп грошей в золотых червоных, в талярах и в монЂте грошовой зоставил, што з списков руки моее, при кождом мешку написаных, окажется. И оную мерку млына Березского купивши, ее милость, пани дядиная, запродати мает, то есть вымовитн запродаючи, абы в кождыи год на вбогие, к тому шпиталю, муки житное по двадцяти чотыре маци, муки пшеничное по две маци, круп або пшона по маци, гороху — мацу, маку — четверть маци, а грошми, на одежу и обход их, по дванадцати коп литовских давано было.

И на оную куплю млынарства, мает ее милость взяти лист владыки володимерского позволеный, до того ся, ибы на то порядный лист был дан, пан Михайло Дубницкий, войт володимерский, до отца владыки причинити мает, а я ему, за его причину, тридцат коп грошей отпускаю з тое сумы пенезей осмидесят коп грошей, што мене, через их милость, паны люди добрые, за наклады и шкоды моє, которыем, за даньем от него причины, правуючися з ним, принял, он еднал. Одно толко пан войт мне триста коп грошей, которуюм за него долгу его пану Василю Капли заплатил, а пятдесят коп грошей за шкоды мое, до рук ее милости, пани дядинее моее, отдати мает. Ведже, если не всхочет о то войт до отца владыки причинитися, тогды всю осмьдесят коп грошей при тых трох сот копах ее милость, пани дядиная, в него взяти мает и старанье о то ее милость дЂлати повинна будет, абы за тые пенези мое коп сто и двадцать для уфундованя оного шпиталя, што купити могла; а поколь купити достанет, збожжя з дворца моего володимерского, потому, яко ест вышей о том написано, и пенезей, продаючи збожже мое и теж запродаючи сад володимерский, на тот шпиталь, в кождыи год, давати ее милость мает.

В Суходолах, для священика и диякона домки, в той стороне, где швец мой живет, порядне поставены быти мают: попу светлочку полтретя сажня, избу чорную напротивку, также полтрети сажня, а сенку двух сажен; а диякону избу чорную и сенку на полпята сажня. На выховане, в кождый год священику в Суходолах мает быти давано десятины кождое пашне моее, так з пшеницы, жита, з овса, з гречки, з ячменю, гречки, и з проса, и з гороху д†части, а диякону третюю часть. То для того священику д†части, абы дяка доброго к церкви ховал. К тому ее милость, пани дядиная, мает всих подданых моих суходолских и дегтевских до того привести, абы кождыи з них, боярин и тяглый дворищный, попу и диякону по копе озимины а по копе ярины з кождыи год давати поступили; а вже от споведи и инших речей ничого попу платити, а вбогие людцы, што хто з пашни своее по силе может, то нехай дают. З тое всее пашнЂ, также попу д†части, а дяку третяя часть абы давана была.

А иж за ласкою божскою таковое пристойное уфундованое осмотрене на церков новую Вознесенья Господня, также и на церков святого Ильи у Володимери вдЂлано будет, потреба того, абы на кождый ден хвала богу милосердному и служба через них чинена была, то есть уставичне полуночницы, утрини, часы, вечерни и повечерни, а святых дней, и, коли способни до того, служба божая, абы служена. А в каждую недЂлю по завтридни акафист святой богородицы, так в суходолской и Вознесения Господня церкви, взываючи до того и другого священика от церкви святого Семиона и диякона, яко и в церкви святого Ильи у Володимери, просячи Бога сотворителя за господаря, его милость, и доброе строительство державы господарства его, и за народ християнский, также и отпусчению грехов мне грешному и о милосердью бога моего над грЂшною душею моею абы пЂли. Тому священику, при церкви святого Семиона, на выхованье его, ланы на пашню, которые тепер священик суходолский пашет, и дом поповский з садом, а в парафЂю его тые люди, подданые мои, што одно озли церкви святого Семиона живут, быти мают. Однож того священика пилне постерегать повинни будут, жебы прилежно повинности своей досыт чинили, а як домы, ку хвале божей збудованые, так и люд божий в доброй спра†и наказанью пристойном заховывали.

А шпиталь в Суходолах, власне теж таким способом абы вделан был, як и в Володимери, в котором дванадцать особ вбогих людей абы уставичне ку хвале и службе божей мешкали. На выховане их с третєє мерки млына моего суходолского, также много збожя муки и инших речей, яко и на володимерский шпиталь описано, жебы в кождый год давано было, а к тому третюю мерку млына Дегтевского и мыто, которое мне король, его милость, славное памяти Жикгимонт Август, от воза купецкого по чотыри пенези гребельного, з ласки своее, брати дал, за дванадцать коп грошей мает ее милость, пани дядиная, запродати, и тые пенези на одежи и оббоход убогих в шпиталь суходолский, в кождый год, даваны быти мают. Притом ее милость, пани дядиная, мает в кождую неделю и на праздники господарские урочистые обед по силе, який может быть, в шпиталях велеть справовати, так в Суходолах, яко и другее недЂли и свята у Володимери. А там же ее милость сама покормливати убогих и пива для них по полбарилка давати нехай велит. А если гость який ее милость заедет, або з яких причин того вделати способна не будет, тогды через слугу якого доброго то отправовати мает. При шпиталях старшими абы цнотливые люди вставлены были, которые бы того пилне доглядали, жебы порадок пристойный, а не лотровство якое в шпиталях було.

Также и священики, дияконы и дяки абы статечне при церквах божих справовалися и цЂло богу милосердному позинность свою, за таковое выхсвапе, котороем на них поступил, в сем тестаменте моем описал и уфундовал, отдавали, в чом и сыны мои, Василя и Максима, именем бога живого, во тройце єдиного, обовязую и розказаньем моим отцовским, под благословенством моим родительским, розказую, жебы конечне за вЂку своего того уфундованья церквей помененых и шпиталей нарушать не смЂли, и абы все то, кгды лЂт своих доростут и ку держанью тых именей моих, отчизны своее, даст бог, прийдут, через них на церкви и шпиталь, тым способом, в кождый год, яком в сем тестаменте моем достаточне написал, кромЂ задерживаня, отдавано было. Не толко того, штом я уфундовал, нехай не отменяют або не парушают, але и сами, водлуг найболшего преможенья своего, к воли богу милосердному, абы податливы были; кгдыж самого Христа, збавителя нашого, словеса, з уст его божественних мовленые и на писме в Евангелии его святой на науку нам описаные, ясне нас научают: благословени милостиви, тые помиловани будут.

А Павел блаженый, апостол святый, послЂдуючи тым словом господним, в посланий своем пишет: «БлаженЂе єсть давати, нежєли взымати; бо милостыня з добрыми делы и на страшном а нелицемЂрном суде господа нашого будет хвалитися». Кгдыж и того тот же блаженый Павел апостол, в посланий своем, докладает: «Весела або тиха дателя любит бог, а суд без милости не сотворшим милости». Тых же слов и Давыд, блаженый пророк и царь, подпираючи, в псалмах своих описал: «Блажен муж, призирая и нЂща и убога; в день лют избавит их господь». И опять мовит: «Блажен, милуя и дая; расмотрит словеса своя на суде».

Што все хочу мЂть по сынех моих, абы на добром баченю своем маючи, як ку хвале и моленю богу милосердному, церквей господних милостниками, так ближних своих, звлаща неимущих выживеня своего, любительми были и всю долю а любовь свою в том покладали, чого им, яко милым дЂтям моим, и потомству их, если им бог милостивий даст, от рода в род, перед очима завжды мЂть верне зычу. А што от часу немалого, за позволенем владыки володимерского и берестейского, отца Феодосия, на письме даном, священик церкви Святых апостол у Володимери, отец Василей, вже з того света отошлый, арендовал мнЂ кгрунт, оной церкви здавна належний: поля, сеножати и заросли, под мЂстом господарстким володимерским, озли передместя Завалского и Запятницкого и над рекою Лугом лежачий, на што и лист свой з позволеным листом владыки, его милости, мнЂ дал, на которых листах Достаточне о том есть описано; и оную арекду, або лист владычин и священ'иков господар король, его милость, яко Фундатор и подавца не толко церкви, але и владычества володимерского, славное памяти Жикгимонт Август, листом своим господарским, мнЂ и потомству моєму, на вечность оный кгрунт, водле листов, владычнего и священика апостолского, утвердил, которые всЂ листы з иншими листы моими, меновите на рейстр рукою моею описаными, часу теперешнего погрому от татар, кгды скрынки моее, з возов выбраные, луплены были, на поли, под селом пана Сошенского Редкою, од тых татар, которые мене у везенье свое взяли, пометаны; и так певне вЂдаю, же оные листы от того пана Сошенского, а иншие через урядника его милости, князя Андрея Вишневецкого, воеводы волынского, Гулевецкого, есть побраны.

Прото его милость, пана Яна Бокия, брата моего, пилне и велико прошу, абы, не полютовавши працы своее, сам до пана Сошенского и до того пана врядника его милости, князя воеводы волынского, Гулевецкого, доехавши, тые всЂ листы, водлуг рейстру, рукою моею написаного, ку ее милости, паней дядиной, и до его милости, при сем тестаменте моем, посланого, бы теж што перейму от них его милость пенезми моими им мЂл дать, отыскавши, в одно схованье з тым листом моим, што в белой скринце єсть, осмотревши тую скрынку горазд и направивши ее добре, вложити и оную скринку; так з тыми, яко и з иншими листы, бо в ней все листы потребные, и шкатулка в той же скрынце, в которой вся личба в скарбе господарском з поборов, з мыт и з инших доходов, пенезей господарских, вчиненая, его милость, пан Ян Бокий, к собе у схованье свое, прошу, абы взял и до зуполных лет детей моих, з иншою маетностю моею, которая на особливом реистре моем списана рукою моею есть, в себ'Ь держал.

А кгды даст милосердный Бог им лЂт зуполных дойти, то им в руки, а инше в справедливий дЂл пустил, а тот кгрунт церкви Святых апостол у Володимери, вышей мененый, мне за позволеньем владыки володимерского, от попа апостолского Василя, вечне арендою держати поданый, от господаря короля его милости, Жикгимонта Августа, потверженый, к церкви оной Святых апостол опять пускаю. Также и людцы, которые при оной церкви седят, к той же церкви, через священика тамошнего, держаны быти мают. А мает священик церкви Святых апостол, которого, дай пане боже, абы человека доброго отец владыка володимерский к ней служителем придал, и вперед лепей з целости тое церкви дбал, той кгрунт оное церкви з тыми людцами, на нем, озли моих людей Ильинских, седячими, держати и, его вживаючи, за здоровье господарское и всих православних християн бога милостивого просити. А ее милость, пани дядиная моя, и напотом сыны мои, кгды им бог милосердный зуполных лет дорости даст, в то ся вступовати не мают.

Ведже, если бы войт володимерский Михайло Дубницкий, над лист запис свой, и мещане володимерские в тот кгрунт церкви апостолское кгвалтовне вступоватися хотели и его собе привлащали, их милости, панов добродЂев моих, злаща его милости, княжати Костянтина Острозского, воеводы киевского, яко староста тамошнего володимерского, его милости, князя Андрея Курбского, князя Дмитра Козеку и пана Яна Бокея, прошу, абы за тыми листы и правом, которое в его милости, пана Яна Бокея, будет, оного кгрунту от кгвалтовного войтова и мещан поседаня боронити, а церкви Святых апостолов в том шкоды дЂлати допустити не рачили, за што их милости бог милосердний и потомству их милости всЂм потЂшным платити будет.

А што мне на держанье войтовское сеножати, от мене за сеножать церкви Святых апостол от пана Михайла Дубницкого, войта володимерского, даную, пан войт листом своим обовезался под закладом и певными варунки дать и его на враде зуполном кгородском, в замку господарском володимерском, зезнать, на который лист копЂю его милость, пан Федор Бокий, там, гдем я его милости устне поручил, отыйскати мает и водлуг оное копЂи таковый лист и зезнане от войта одержавши, в схованю своем его милость, пан Ян Бокий, з иншими листы, той справе належачими, мЂти мает. А оную сеножать войтовскую ее милость, пани дядиная, на дЂти мои держачи, нехай в кождыи год з нее попу апостолскому володимерскому, который, тепер и напотом, при той церкви богу милостивому служит будет, по д†копЂ грошей литовских пенезми моими платити. К тому на десять косарей тому ж попу болота сеножати моее, в кождое лЂто, нижей млына моего володимирского, от границы и болота Онофреевского попа, косити и спратати допустити ее милость мает.

А потом, даст бог, дети мои, лЂт доросши, также пенезми платити будут повинни за уживане оное сеножати, и на десяти косарей того болота косити давать; и, естли то им будет видетися також, ино они тую войтовскую сеножать священику апостолскому и листы, ей належные, от войта мнЂ даные, подати мают. А если бы пак так пенезей по две копы грошей в кождыи год, за уживанье оное сеножати и болота на десять косарей попу апостолскому, также и тое сеножати войтовское священику апостолскому отдати не хотели, тогды даю моц в ряду кгородскому володимерскому замковому и владыце володимерскому, то от детей моих моцно взявши, к церкви апостолской, в держанье и уживанье священика оное церкви подати, абы за то, як на моей души, так на душах детей моих грех не зоставал; кгдыж я собе и им справедливого набытя зычил и зычу. Притом на книги до тое церкви Святых апостол десят коп грошей, а на звон ку звоненью пять коп грошей записую. Мает ее милость, пани дядиная моя, неомешкане, за мои пенези, книг, той церкви потребных: Евангеліє, Апостол, Псалтырь и инших книг, што за тую десять коп грошей купити может, и звонок, за пять коп грошей купивши, в той церкви Святых апостол придати.

В именю моем Дегтеве, ачколвек здавна, еще за пана Александра Загоровского, дядка моего, гребля, став и млын был, которую я греблю теперь, прошлого року, посыпавши, став занял; ино если бы што сеножати пана Григоря Киселевы тот став мой залил, тогды ее милость, пани дядиная моя, князь Козека и пан Ян Бокий мают отмену пану Киселю, сеножати моее так много, як став залил, к дворцу моєму Тишковицкому належное, а пану Киселю прилеглое, дати, копцы закопати и листом своим, за которым бы то пан Кисель и потомство его безпечне держали, упевнити. А кгды даст бог дЂтям моим лЂт дойти, тогды дети мои свой лист на держанье оное отмены пану Киселю и потомству его дати повинни будут. Также, если бы што удо†Дегтевой и деверой ее сЂножати або поля став мой суходолский залил, мают их же милость, ошацовавши справедливе, тую шкоду ей пенезми моими заплатити, мало на то от них зезнанья або листов потребуючи, толко того глядячи, якобы от мене им кривда и шкода не была.

Селце владычества володимерского Бискупичи, иж мнЂ отец владыка володимерский Феодосий до живота своего арендовал, на што и лист свой, который межи иншими листы моими в белой скрынце есть, мнЂ дал, с того в кождый год, водлуг квитов владыки, его милости по чотыри копы грошей на кождый [праздник] святый Петр, аж до живота отца владыки теперешнего, ее милость, пани дядиная, платити и квиты его на то к собе брати мает, а теперь, за рок семдесят шостый, заплатити ее милость повинна чотыри копы грошей литовских, и подданым моим ее милость, пани дядиная, постерегати мает, абы без утиску и супежства вряднички заховывалися. А иж, часу жнива, на них робота тяжка есть, по два з дому жати ходят, про то, их потешаючи, в кождую недЂлю, за чим озимину и ярину обожнуть, по бочулце пива им давать выпивать ее милость, пани дядиная, велеть мает, абы не злоречили, але сприязливе споминали, до церкви, в неделю и в кождое свято, абы ходили, богу створителеви молячися, во всем добре ся рядили.

А за пенези, вышей в том тестаменте моем помененые, в Курила и хлопца Засядковича в скринце зоставеные, и на войте володимерском Михайле Дубницком, за Каплин долг, триста коп грошей, а з еднанья за шкоды мои осьмдесят коп грошей, мает ее милость, пани дядиная, обмислити. Еще к тому, з господарства сто пенезей зобравши, детям моим, што побожне, причинити або прикупити, з чого бы им вперед пожиток мог быть, кромя толко тых ста и двадцяти коп грошей, на купене уфундованя шпиталя володимерского, от мене вышей, в сем тестаменте моем, описаных. А штом пану Ставецкому позычил и на подданые его Бутетицкие коп сто и двадцять дал, тые пенези, кгды пан Роман отдаст, ее милость, пани дядиная, взявши, к иншим пенезем моим приложивши, люди его ему отдати и лист, межи иншими листы моими в скрынце белой лежачий, вынемши, ему вернути мает.

В дворцах направа, порядок, опатрность около всего и господарство пожиточное мает быти делано. Дворником, дворничкам и наймитам найму, найменшое речи не заводячи, платити. У Володимери двор в дыли, бо на то дерева в Пузове немало навожено, через тричи пилами потерши, огородити; ворота добрые нарядити и того всего, што не добудовано, доробити и кгонтами побити, а вробленое, где ся надпсовало, поправити. Слугам моим, водлуг рейстрику, рукою моею написаного, отправа через ее милость, пани дядиную, вдЂлана быти мает, и рухомые речи мои тым способом зостати мают, яком на реєстре моем написал.

Мает, теж ее милость, пани дядиная, на шпитали Суходолский и Володимерский по две корове на каждый шпиталь з дворца моего, а по три полти мяса в каждый год свинего, на выховане убогих, давати; попу, диякону и дяку, при церкви святого Ильи служащим, в кождый год по два полти мяса свинего давати, а на выживене их, корову для молока на кашу, з дворца моего володимерского, дати ее милость, пани дядиная, мает.

Где бы теж, чого боже вховай, в недорослых летах детей моих, єе милость, панюю Алєксандровую Загоровскую, пани дядиную, а як влосную мнЂ и дЂтям моим матку, з сего света До хвалы своее бозкое взял, тогды, будучи я певен ласки ее милости, пани Федоровое Бокиевое, панее Полагии Григоревны, панее дядиное моее, и сына ее милости, брата моего, пана Яна Бокия, оные дети, сыны мои, Василя и Максима, их милости, также як и ее милости, панее Александровое Загоровское, поручилем и сим тестаментом моим в опеку поручаю и покорие их милости прошу, абы во всем том, яко о выхованю и опатрности тых детей моих, также и во всих инших речах, в сем тестаменте моем по достатку описаных, ласкове ся сказати и тую працу на себе во всих тых звыш мененых справах и потребах моих взяли, а их милости за то бог милосердный всЂм потешным платити будет. Дети теж мои, даст бог, дошедши лЂт своих, певенем того, иж служити вечне их милости не занехают.

Его милость, князь Козека, и пан Ян БокЂй мают ся з ласки своее старати, абы от Земна в границы именю моєму Суходолам от князя Чорторыского покой вделан был, не може ли быть вечне, тогды хотя дочастне, жебы межи поддаными шарпанина не была; бо ми то князь староста, его милость, Житомирский успокоити обецал, чого ся их милость его милости упоминати, а о то, абы властности моей и дьтем моим в кгрунте шкоды не было, ласкавое старанье и оборону их милости дЂлати мают; за то их милости бог милосердный ласкою своєю бозскою заплатит, а дЂти мои, даст бог, доросши лет своих, их милости и детем их заслуговати повинни будут.

Которыи сесь тестамент мой, ижем з добрым розмыслом справил и, рукою моєю властною написавши, печатью своєю запечатал, а для болшого утверженья его, при справованю того тестаменту моего будучие братня мои: пан Федор Бокий Печихвостский, судич земский повету луцкого, а пан Роман Непитущий, за устною очевистою прозьбою моею, печати своя приложити рачили. Прото пилне прошу, абы як у господаря короля, его милости, пана моего милостивого, так и в кождого вряду его милости господарского, для записаня в книги, и где бы потреба вказовала, и до кождого права и всякое, тому тестаменту належное, справы, за целый а ненарушоный тестамент приймован был.

Писан в дому Аталыка Мамая мурзы, лЂта божего нароженя тисяча пятьсот сємдесят семого, месяца июля, первогонадцать дня. Василей Петрович Загоровский власною рукою тот тестамент писал и подписал.


Книга кгородская владимирская 1579 года, лист 287 на оборотЂ.







СЛОВО
ЄДНОГО СТАРОГО КАРПАТОРУСКОГО БОЯРА ИМЕНЕМ ГОРЗОВА...


Любезный сыне! Других же сто годов наступило, як проклятый враг и поган любезное наше отечество и край мучит и пустошит. Кольки труда и бЂды для уволенія его славнЂ наши предкове сносили, отде того явнЂ знакы, висящей розличной на стЂнЂ великой зброй. И я в том же трудячися ослаб и постарив, но буди хвала всемогущему богу нужны до того сила утробЂ обновилися и войского искусства и збройного обходу, там при боку моем научив есь, де я на сЂдой головЂ, плечах, руках и ногах ужаснЂ удары достав. Онде возьми сей желЂзный нагрудник и шапку и сами закрыт, хоть лиш тилко неприятелей убій, килко наших рубных знаков єсть. На дЂда карабин и саблю. И с того сдалеку стрЂляй, а прійдучи на близь, саблею обома руками рубай и обороняйся, поки будеш мочи. Еднак у всем мудро поступай, и ни наглый и наремный, ни слепо дерзкий не будь. И спочатку не так неприятеля погуби, як его познати, и удары хитро отбити желай, а потому як ти на руку упадеся, легко его убити возможеш. С коней возьми сЂрого, котрый уже больше раз хитрость свою показав, а на помощ и слугу Ломихащю Гриця и Триколу Павла як искусных, мудрых и крЂпких в збройном обходЂ мужей. Посему молодцю, сЂвшу на коня и отходящу: «Лети, любезное чадо! Лети! Чуєш, звиняща труба зове тя на мЂсто славы! Бог да благословит твои поступки, а я щирою молитвою и желаніем добрым буду ти на помощь. Иди и за нашу вольность и слободу или погинь, или с нев славен и предкам твоим равен повернися. Тогды, як тя тилко увижу, радостно очи мои замкну и в гроб спокойнов душев зайду».












Василь ЗАГОРОВСЬКИЙ


Духовноє завЂщаніє. Наставленіє дЂтям и правила для их воспитанія...


«Заповіт» Василя Петровича Загоровського (? — 1580), брацлавського каштеляна, складений 11 липня 1577 р., належить до жанру історико-мемуарної прози, близької до літописів. Тестамент Загоровського можна вважати своєрідною паралеллю до «Поученья» Володимира Мономаха. Потрапивши під час битви в татарський полон, Василь Петрович Загоровський пише заповіт для своїх синів Василя і Максима. Текст «Заповіту» виходить за рамки юридичного документа і дає змогу зрозуміти побут волинської шляхти. Подається за вид.: Архив Юго-Западной России, издаваемый временною комиссиею для разбора древних актов, высочайше учрежденною при Кневском военном, Подольском и Волынском генерал-губернаторе. 1859, т. I, ч. 1, К., с. 67 — 94.


1 Адам Мисевський, Дмитр Козека, Ян Бокій Печи хвостський — свідки при складанні заповіту. Далі в тексті згадуватимуться кримський хан, мурза, родичі, близькі та злайомі Василя Петровича Загорозського.




Слово єдного старого карпаторуского бояра именем Горзова...

Про слово-напуття «едного карпаторуского боярина именем Горзова» своєму сину, що йшов на війну з турками, які постійно нападали на Угорщину, до складу якої входила Закарпатська Україна, згадав і вперше звідкись переписав закарпатський граматист-філолог І. Фогарашій-Бєрежанин (1786 — 1834) у листі 1827 р. до відомого вітчизняного вченого та педагога І. С. Орлая (1770 — 1829), родом із Закарпаття.

Докладних відомостей про бояра Горзова у нас немає. Напевно, це був один із представників заможних закарпатських українських родин, які брали участь у боротьбі проти турецьких завойовників протягом кількох століть. З листа І. Фогарашія-Бережанина до І. С. Орлая відомо, що син Горзова повернувся додому, за відвагу був нагороджений королівською золотою медаллю, а батько на радощах тривалий час частував родичів і знайомих з приводу щасливої події. Деякі дослідники відносять слово-напуття Горзова до XVI — XVIII ст.

Подається за вид.: Свенцицкий И. С. Материалы по истории возрождения Карпатской Руси. Львів, 1906, кн. 1, с. 52.











Головна


Вибрана сторінка

Арістотель:   Призначення держави в людському житті постає в досягненні (за допомогою законів) доброчесного життя, умови й забезпечення людського щастя. Останнє ж можливе лише в умовах громади. Адже тільки в суспільстві люди можуть формуватися, виховуватися як моральні істоти. Арістотель визначає людину як суспільну істоту, яка наділена розумом. Проте необхідне виховання людини можливе лише в справедливій державі, де наявність добрих законів та їх дотримування удосконалюють людину й сприяють розвитку в ній шляхетних задатків.   ( Арістотель )



Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть мишкою ціле слово та натисніть Ctrl+Enter.