Предыдущая       Главная       Следующая




УКРАИНА ВО ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИХ КОНЦЕПЦИЯХ РУМЫНИИ






Внешнеполитическая стратегия правящих кругов Румынии в начале XX в. основывалась на концепции объединения всех «румынских исторических провинций» в «унитарное национальное румынское государство», причем украинские земли северной части Буковины и юга Бессарабии рассматривались как часть «Великой Румынии». К разработке концепции «Великой Румынии» привлекались известные румынские историки Н.Йорга, К.Джуреску, А.Ксенопол, И.Нистор и др. Их усилия были направлены на поиск аргументов, которые подтверждали бы этнические, исторические и географические «права» Румынии на всю территорию Буковины и Бессарабии. Эта идея интенсивно пропагандировалась как внутри страны, так и за ее пределами.


§1. Политика Румынии по отношению к Северной Буковине в годы Первой мировой войны

Наиболее авторитетным официальным идеологом в вопросе «восточной политики» королевской Румынии считался профессор И.Нистор, в трудах которого обосновывалась концепция «исторического права» Румынии на Покутье, Бессарабию и всю Буковину, впервые в румынской историографии были сформулированы притязания на так называемую Транснистрию (земли между Днестром и Южным Бугом) 1.

Когда 1 августа 1914 г. в Европе началась мировая война, стало ясно, что Румыния не останется в стороне. В то время чрезвычайно обострились её противоречия с Австро-Венгрией из-за Трансильвании. Претензии Бухареста не ограничивались территориями, большинство населения которых составляли румыны, а распространялись на венгерские, сербские и украинские земли.

В начале сентября 1916 г. после двух лет политических и дипломатических маневров и постепенного дистанцирования от бывших союзников — Центральных государств — в Бухаресте был подписан договор о присоединении Румынии к Антанте.

Румыния вступила в первую мировую войну с целью присоединения новых территорий и создания «Великой Румынии». Средства массовой информации Румынии того времени приложили немало усилий для формирования соответствующего общественного мнения и привлечения на свою сторону той части политических деятелей и интеллигенции Буковины, которая в годы Первой мировой войны ориентировалась на Габсбургскую империю. Ещё в ноябре 1914 г. буковинская румынская элита требовала от короля Румынии не вступать в войну против Австро-Венгрии, так как для румынского народа Россия представляет «наибольшую опасность», «от которой может защитить только сильная Австрия» 2. Они были верны Австро-Венгерской империи даже тогда, когда она уже расползалась под давлением освободительных движений угнетенных ею народов. Так,   К. Исопеску-Грекул, оглашая 22 июля 1918 г. заявление «румынского парламентского клуба» буковинских депутатов с просьбой к венскому правительству защитить «жизненные интересы румын Австрии», недвусмысленно подчеркивал, что отказ в защите мог бы привести к катастрофе, поскольку «господин Вильсон и Антанта присоединили бы нас, вопреки нашей воле, к румынскому королевству» 3.

Таким образом, в то время среди румынских политических деятелей Буковины не допускалось и мысли об объединении края с королевской Румынией, а наоборот — высказывались опасения перед возможностью такой нежелательной перспективы.

Во второй половине октября 1918 г. в выступлениях в австрийском парламенте депутата от Буковины Г.Григоровича подчеркивалось, что «у буковинских румын нет абсолютно никакого сомнения в том, что украинская часть (Буковины. — Авт.) должна принадлежать Украине, а румынская — Румынии 4. В то время никто из политических деятелей румынской общины Буковины не выдвигал претензий на северную часть края, заселенную преимущественно украинцами.

Однако в конце октября 1918 г. резко активизировались сторонники лозунга «Великой Румынии». Так, сучавская газета «Вяца ноуэ» 27 октября 1918 г. выступила с осуждением «национального совета» в Вене, который предлагал раздел Буковины по национальному признаку. «Что касается Буковины,— писала газета,— то нам кажется, что наши депутаты в парламенте поспешили согласиться на её расчленение... Исторически и географически Буковина является единой. Это сугубо румынская территория не только от Сучавы до Прута, но и от Ватра-Дорней до Днестра» 5. Такую же позицию отстаивала и румынская газета «Гласул Буковиней», 25 октября 1918 г. писавшая: «Мы не признаем никакого права украинцев ни на одну часть Буковины как украинской земли и призываем всех румын... оказывать сопротивление... отчуждению нашей древней земли» 6.

Одновременно с идеологической обработкой населения правящие круги королевской Румынии с помощью пробухарестских политических деятелей Буковины во главе с Я.Флондором пытались создать хотя бы видимость «правовых основ» присоединения к Румынии всей Буковины. В противовес «национальному совету» в Вене было решено создать новый «национальный совет» в Черновцах. 27 октября 1918 г. «конституанта», инициированная Бухарестом, приняла резолюцию о создании «Румынского национального совета» и «объединении всей Буковины с остальными румынскими землями в национальное государство» 7.

Спешка в проведении «конституанты» была вызвана срочной необходимостью в решении фиктивного «представительского собрания» как формального повода для интервенции Румынии. На второй день после вступления румынской армии в северную часть Буковины, то есть 12 ноября 1918 г., на территории края было введено осадное положение. Н.Йорга объяснял применение чрезвычайных мер тем, что тут «дела склонялись в пользу украинцев» 8.

Усилия румынского правительства и флондоровского окружения были направлены на юридическое оформление акта «объединения». С этой целью 23 ноября 1918 г. «Комитет буковинских эмигрантов» был передислоцирован румынским правительством из Ясс в Черновцы. На срочном заседании 25 ноября в состав «Румынского национального совета» был кооптирован сразу весь «комитет эмигрантов» в составе 54 человек во главе с И.Нистором. После кооптации «национальный совет» принял решение созвать через три дня «Конгресс буковинского народа», на котором «объединение» Буковины с Румынией было бы провозглашено в форме, представлявшей собой правовую основу 9.

Таким образом, вступление румынской армии в северную часть Буковины и решение «Генерального конгресса» отдалили на 22 года осуществление воли украинского населения края, изъявленной 3 ноября 1918 г. на Буковинском народном вече в Черновцах.

Правительство ЗУНР заявило протест Румынии в связи с оккупацией северной части Буковины, но не могло помочь буковинцам, так как западноукраинское государство уже вело оборонительные бои против польских войск. Правительство гетманской Украины доживало последние дни и также не имело реальной военной силы, чтобы стать на защиту фактически своей уже присоединенной территории 10. В то же время румынские аннексии не были признаны ни УССР, ни СССР.


§2. «Румыния для румын» и этнические украинские земли

В межвоенный период с целью интеграции оккупированных земель был принят закон об административной унификации. Представители оккупационных властей пытались доказать, что «Бессарабия и Буковина — искусственные образования австрийского и российского происхождения... В Румынии они не имеют никакого права на существование» 11. Вместо таких отдельных административных территорий, как Бессарабия, Буковина, Валахия и др., было образовано 10 цинутов (провинций).

Основным направлением этнополитики Румынии того времени была румынизация украинцев и других национальных меньшинств. Уже в 1926/27 учебном году на Буковине не осталось ни одной украинской начальной школы — они были румынизированы. Закон о народных школах требовал, чтобы граждане «румынского происхождения», «забышие» свой родной язык, отдавали детей в государственные или частные школы, где преподавание ведется на румынском языке 12. Украинцев заставляли изменять фамилии на румынские. В начале 30-х годов было запрещено даже название — украинцы 13.

С ускорением процесса фашизации страны дискриминация украинского населения особенно усилилась. В начале 30-х годов лидеры национал-царанистской партии выдвинули лозунг «Румыния для румын». Бешеная шовинистическая пропаганда сочеталась с карательными мерами для насаждения всего румынского. Закон «О защите национального труда» (1938) требовал вытеснения представителей коренного населения румынским элементом не только в учреждениях, но и на предприятиях 14.

Национальная ассимиляция коренного населения в румынской среде осуществлялась методами экономической, политической, идеологической и культурно-образовательной дискриминации украинцев и других национальных меньшинств. Последовательно проводя политику румынизации украинцев и других национальных меньшинств, правящие круги Румынии пытались доказать, что принадлежность украинских земель — северной части Буковины и южной Бессарабии — к Румынии обеспечена.

В 30-е годы наступление реакции и фашизма в Румынии сопровождалось усилением маневров её правящих кругов на мировой арене. Присоединение к фашистскому блоку представлялось румынскому правительству как гарантией против притязаний хортистов на Трансильванию, так и надежным способом закрепления за собой захваченных в 1918 г. украинских земель и присвоения новых территорий. Так, в конце ноября 1938 г. в своей речи премьер-министр Румынии М.Кристя недвусмысленно высказал претензии на заднепровские земли, то есть на аннексию Молдавской автономной советской республики, входившей в состав УССР 15.

Политика Румынии, её быстрое сближение с фашистской Германией создавали угрозу для безопасности юго-западных границ СССР. В то время Москва изыскивала возможности решения территориального вопроса. Советско-германские договоры о ненападении от 23 августа и о дружбе и границах от 28 сентября 1939 г. фактически изолировали Румынию и развязали руки СССР. 26 июня 1940 г. Советский Союз предъявил правительству Румынии ноту, где, в частности, подчеркивалось, что вопрос о возвращении Бессарабии органически связан с вопросом о передаче Советскому Союзу той части Буковины, население которой в своем подавляющем большинстве связано с Советской Украиной «как общностью исторической судьбы, так и общностью языка и национального состава» 16.

27 июня 1940 г. на заседании Королевского совета, где дебатировалась советская нота от 26 июня, против удовлетворения ее требований выступил Карол II и еше трое присутствующих, остальные члены совета настаивали на принятии предложенных условий, что и было доведено до ведома правительства СССР. 28 июня советские войска вступили на переданную королевской Румынией вместе с Бессарабией северную часть Буковины 17.


§3. Геополитические проекты Бухареста во Второй мировой войне и Украина

В условиях начавшейся мировой войны размежевание румынских и украинских земель не могло быть окончательным. Планы новой экспансии в Бухаресте были весьма популярными и стимулировались Берлином. Румыния, вынужденная по Венскому протоколу от 30 августа 1940 г. отдать хортистской Венгрии часть Трансильвании, в то же время получила от Гитлера недвусмысленные обещания компенсации за счет Украины.

Установление военно-фашистской диктатуры И.Антонеску ускорило присоединение Румынии к государствам «оси». 23 ноября 1940 г. правительство Румынии подписало Тройственный пакт. До мая 1941 г. между Гитлером и Антонеску были согласованы все вопросы совместных действий в войне против СССР. Румынии в случае победы были обещаны Бессарабия, Северная Буковина и южные районы Украины.

Существенную роль в разработке геополитических концепций правящих кругов Румынии накануне второй мировой войны сыграли труды И.Нистора «Румыны за Днестром», «Транснистрянские румыны», «Давность румынских поселений по ту сторону Днестра» 18. Они подготавливали общественное мнение к захвату этих земель. 10 июля 1942 г. И.Нистор прочел доклад «Геополитические и культурные аспекты в Транснистрии», полный восхищения тем, что «политические события с происходящими военными действиями, создали новую ситуацию по ту сторону Днестра», что между фашистской Германией и королевской Румынией «достигнуто конкретное территориальное размежевание и приобретена территориальная поддержка для создания новой румынской провинции, названной Транснистрией», а «администрация Транснистрии может опираться на старые этнические, политические и культурные основы» этого края 19.

Военные успехи первого этапа войны породили и еще более масштабные притязания на украинские земли. Газета «Униря» требовала установить границу «на Днепре или далее». А когда немецкие и румынские войска дошли до Волги, бухарестская газета «Курентул» писала, что граница Румынии должна проходить... по Уралу и таким образом обеспечить создание «румынской империи до ворот Азии» 20. В ход были пущены различные псевдонаучные геополитические и геоисторические теории. Г.Бретиану, например, выдвинул тезис о так называемом «пространстве безопасности» румынского государства, фактически повторяющий идеи немецкого фашизма о «жизненном пространстве».

Румынские фашисты рассчитывали на практическую помощь гитлеровцев в захвате чужих земель, в том числе и украинских. Военные поражения гитлеровцев не только перечеркнули румынские планы захватов, но и привели к быстрому падению фашистского режима в Румынии.


§4. «Национальный патриотизм» как способ ассимиляции национальных меньшинств

Послевоенное урегулирование зафиксировало румыно-советскую границу по положению на 1 января 1941 г. Ее буковинская часть, как и участок в районе устья Дуная, в общем отвечала историческим реалиям и этническому составу населения. Но десятки тысяч украинцев все же оставалась в положении национального меньшинства в Румынии.

С приходом к власти народно-демократического правительства, руководящая роль в котором принадлежала коммунистической партии, произошли существенные изменения в румынско-советских отношениях. Украина не была их субъектом. Официальной доктриной в практике международных отношений и национальном вопросе Румынии стала теория «пролетарского интернационализма».

В первые послевоенные годы были сделаны определенные шаги на пути пересмотра концепции национально-территориальной принадлежности северной части Буковины и Бессарабии. В трудах румынских историков академика М.Роллера, К.Кушнер-Михайлович, П.Константинеску-Яшь, В.Ливяну и других отмечалось, что королевская Румыния, «пользуясь тяжелым положением молодой советской республики», «оккупировала» Бессарабию и Северную Буковину; признавалось, что «украинские крестьяне Северной Буковины оказывали сопротивление румынским оккупантам» 21.

Этнополитика Румынской коммунистической партии была достаточно противоречивой.С одной стороны, во второй половине 40-х и в течение 50-х годов в Румынии немало делалось для возрождения национальных меньшинств, развития их языка и культуры. Были открыты украинские школы практически во всех селах и городах, где проживали украинцы. В Румынии действовали две педагогические школы, готовившие учителей для украинских школ. В 1952 г. на филологическом факультете Бухарестского университета создается украинское отделение. Наблюдался подъем культурной деятельности, зародилась украинская литература, преимущественно именно в рядах молодой интеллигенции. Значительную роль в этом возрождении играла украинская интеллигенция старшего поколения. Определенный вклад в этот процесс внесла газета «Новий вік», начавшая выходить на украинском языке дважды в месяц с мая 1949 г. В 40–50-е годы в Румынии издаются на украинском языке школьные учебники, художественная и общественно-политическая литература. В местностях, где проживали украинцы, были открыты украинские клубы и библиотеки. При них работали хоровые, драматические и другие самодеятельные коллективы, пользовавшиеся популярностью и среди румынского населения. Начала развиваться и украинская художественная литература. Произведения поэтов О.Мельничук, И.Шмуляка, Г.Клемпуша, В.Боршая, Ю.Павлыша, прозаиков И.Федько, С.Яцентюка, К.Регуша и других известны не только в Румынии, но и за ее пределами. С другой стороны, в это же время сербское национальное меньшинство Румынии подвергается террору и репрессиям.

Но по мере формирования так называемой «независимой политической линии» стали пересматриваться ранее сформулированные в партийных документах позиции по национальному вопросу и международным отношениям.

В мае 1966 г. Н.Чаушеску в докладе, посвященном 45-летию создания Румынской коммунистической партии, подверг критике определение Румынии как многонациональной страны и выдвинул тезис об «унитарном национальном государстве» 22.

Эти указания нашли широкое распространение в исторической и общественно-политической литературе, изданной в Румынии начиная с середины 60-х годов. Процесс разработки новых взглядов на коренные вопросы национальной истории и отношений Румынии с соседними странами проходил довольно интенсивно и в основном завершился официальным закреплением «новой исторической концепции», отраженной в ретроспективном обзоре истории Румынии, включенном в Программу РКП. В этом «ретроспективном обзоре» получили концентрированное выражение основные идеи и тезисы теории «континуитета» румынской истории в Карпато-Дунайском бассейне. Цель этой «теории» заключалась в том, чтобы доказать «историческое» право Румынии на территории Бессарабии и северной части Буковины. Эта концепция стала сердцевиной всей идеологической политико-воспитательной работы РКП.

Для сплочения населения вокруг румынского руководства, поддержки его «самостоятельного», «независимого» политического курса в массово-политической работе широкое распространение получили некоторые националистические идеи румынской историографии, в частности межвоенного периода.

Идеологическая работа была направлена на воспитание населения в духе «национального патриотизма» и, безусловно, способствовала формированию у многих румын националистических чувств. Однако национализм и шовинизм, целенаправленная румынизация национальных меньшинств, в том числе и украинцев, на которые рассчитывал тоталитарный режим Чаушеску в своей внутренней и внешней политике, по сути, были одной из причин, ускоривших его падение. Румынский литературный критик В.Кристя писал в конце января 1990 г. в журнале «Ромыния литераре»»: «У феномена Чаушеску был не только один конек — коммунизм, но также и другой, не менее разрушительный по своему влиянию,— национализм, вернее, ультранационализм, шовинизм, ксенофобия, антисемитизм. Чтобы манипулировать нами, Чаушеску играл не на коммунистических убеждениях, которых, правду сказать, и не было, а на националистических предрассудках: последние, к сожалению, жили в серцах у многих» 23.


§5. Противоречия развития современных румынско‑украинских отношений

Падение тоталитарного режима Чаушеску и приход к власти в Румынии демократических сил в декабре 1989 г., а также провозглашение независимости Украины в 1991 г., внесли существенные изменения в украинско-румынские отношения. Перед румынским парламентом и правительством, политическими партиями и общественными организациями возникла проблема разработки новой стратегии двусторонних отношений.

8 января 1992 г. Румыния признала независимую Украину, а 1 февраля 1992 г. установила с ней дипломатические отношения. Исходя из концепции евро-атлантической интеграции Румынии, Бухарест заинтересован в налаживании украинско-румынских отношений. По мнению министра иностранных дел Румынии Т.Мелешкану, «Украина является наиболее важным соседом Румынии с политической, экономической точки зрения». В интервью газете «Ромынул» Т.Мелешкану подчеркивал, в частности, что Украина «самая большая страна, с которой граничит Румыния, очень важный рынок для нашей страны и, не в последнюю очередь, страна, где проживает румынское национальное меньшинство, страна, в которую включены территории, являвшиеся составной частью румынского национального государства» 24. Поэтому отношения с Украиной имеют для Румынии «приоритетный характер». Сотрудничество Румынии с Украиной в Черноморском бассейне, одной из зон российско-украинской напряженности, видится румынским политикам как важный «козырь, который следует немедленно использовать».

Посткоммунистические трансформации румынского общества и румынских властей не привели к выздоровлению от националистической нетолерантности. Отношения с Румынией характеризуются определенными трудностями. Это связано с выдвижением территориальных претензий к Украине радикальными политическими силами соседнего государства, видящими в этом действенный фактор борьбы за власть. Нормальному развитию межгосударственных отношений наносит политический вред тенденциозное использование Бухарестом некоторых вопросов истории, прежде всего — о национально-территориальной принадлежности северной части Буковины, Герцаевского края, бывших Хотинского, Аккерманского, Измаильского уездов Бессарабии.

Последовательно осуществляя так называемую политику «маленьких шагов» отосительно Бессарабии и Северной Буковины, правящие круги Румынии пытаются интегрировать эти территории сначала в экономическом и культурном планах, а затем и политически. Такая политика румынского правительства не удовлетворяет национал-радикальные силы как в составе коалиции правящей партии, так и оппозиции. В последнее время румынская пресса муссирует тезис о том, что украинско-румынские границы якобы не гарантированы международными договорами и поэтому могут быть пересмотрены. Мотивируется это тем, что Украина в то время, когда были подписаны эти документы, дескать, не была субъектом международного права и не принимала участия в их подписании 25. Именно территориальные вопросы задерживают разработку и подписание двустороннего политического договора между Украиной и Румынией. Уже на протяжении нескольких лет ведутся украинско-румынские переговоры относительно подписания этого документа, однако и до сих пор не достигнуто сближение позиций обеих сторон. Румыния продолжает настаивать на включении в преамбулу Договора положения об осуждении политических последствий секретного протокола от 23 августа 1939 г. Бухарест не соглашается на включение статьи относительно отказа от любых территориальных претензий обеих сторон. Румынские попытки пересмотра границ не встречают ни малейшей поддержки в Европе. На этом фоне симптоматичными были напрасные потуги Румынии затормозить вхождение Украины в Совет Европы.

 Вопросы территориальной принадлежности Северной Буковины и Южной Бессарабии, острова Змеиный, собирания «исторических» румынских земель в «унитарное румынское государство» сейчас занимают главное место в избирательных платформах всех политических партий Румынии. Украинский фактор играет сложную роль в стратегии Бухареста относительно Молдовы.

Отрицательно отражаются на развитии украинско-румынских отношений попытки определенных политических сил и средств массовой информации фальсифицировать политику Украины, касающуюся румынского национального меньшинства. Национал-радикальные круги в Румынии и их печатные органы ведут откровенную антиукраинскую пропаганду. Так, в статье «Троглодитский хохлизм», напечатанной в газете «Флакера», подчеркивалось, в частности, что «в Украине хуже всего относились и относятся к румынам, а среди соседних стран самая большая враждебность проявляется к Румынии», что «в преследовании северобуковинских румын, которым разрушают церкви, оскверняют могилы, грабят имущество, запрещают школы и культурную деятельность, прессу, во всем этом и во многом другом виноваты хохлы» 26. Подобные материалы в румынской прессе не единственные.

На самом же деле румынское национальное меньшинство в Украине пользуется гораздо большими правами, чем украинское в Румынии. Украина предоставляла и предоставляет возможности румынскому населению получить среднее образование на родном языке обучения, созданы условия для развития культуры, сохранения национальных традиций и т.п.

И все же, невзирая на сложное историческое наследие, имеющиеся трудности и проблемы, украинско-румынские отношения неуклонно вступают в фазу конструктивного, взаимовыгодного развития. Геостратегическое положение обеих стран, их объективные национальные интересы в важнейших стратегических вопросах постепенно сближаются. Углубление реформ в обеих странах должно создать базу для конструктивных румынско-украинских отношений. Заинтересованность в ускоренной интеграции в европейские структуры также стимулирует Бухарест к прагматизму и большей толерантности.













1 В 1910 г. в Вене выпущена его работа «Молдавські претензії на Покуття» (Nistor I. Die moldauische Anspriiche auf Pokutien.—Wien, 1910), в 1915 г. в Бухаресте була напечатана книга «Румуни і русини на Буковині» (Nistor I. Romanii si rutenii in Bucovina: Studiu istoric si statistic.— Bucuresti, 1915), а в 1918 г. — был распространен вариант этой работы на немецком языке «Национальная боротьба на Буковине» (Nistor I. Der nationale Kampf in der Bukowina: Mit besonderer Berucksictingung der Rumanen und Ruthenen historisch beleuchtet. — Bukarest, 1918). «Этнографична карта, приложенная к немецкому изданию, на мирных переговорах в Париже и следующих, а потом при определении границы с Польской ремпубликой была основой переговоров и основным источником информации для обоснования наших прав на всю  Буковину» (Grecu V. Ion I. Nistor ca istoric // Omagiu lui Ion I. Nistor: 1919—1937.—Р.30.).

 2 Nistor I. Unirea Bucovinei: Studiu si documente.—Bucuresti, 1928.—P.15.

 3 Цит. по: Неспроможність буржуазних і буржуазно-націоналістичних фальсифікацій історії Радянської Буковини.— К., 1987.— С.84.

 4 Viata noua.—1918.—3 noiem.

 5 Viata noua.—1918.—27 oct.

 6 Glasul Bucovinei.—1918.—25 oct.

 7 Nistor I. Unirea Bucovinei: Studiu si documente.—P.37.

 8 Iorga I. Istoria romanilor.—Vol.10.—P.424.

 9 Однако анализ процедуры проведениня «Генерального конгресса» свидетельствует о том, что он не был выборным органом и не имел полномочий решать судьбу северной части Буковины. См.:  Nistor I. Unirea Bucovinei: Studiu si documente.— P.169.

10 Ботушанський В. М. Участь українців Буковини у творенні української державності // Народне віче Буковини. 1918—1993; Документи і матеріали обласної наук.-практ. конф., присвяч. 75-річчю Буковинського народного віча 3 лист. 1918 р.— Чернівці, 1994.— С.59.

11 Красная Бессарабия.—1936.—№10. —С.13.

12 Monitorul oficial.—1924.—26 iule.

13 Курило В.М. У боротьбі за визволення 1922—1940. — Львів, 1977.—С. 48.

14 Там же.—С.49-50.

15 См.: Лебедев Н.И. Крах фашизма в Румынии.—М.;  1976.— С.208.

16 Там же.—С. 265.

17 Очерки политической истории Румынии (1859–1944). — Кишинев, 1985.—С. 384-386. Поскольку передаче северной части Буковины не предшествовал односторонний акт со стороны Советского Союза, а состоялся двусторонний обмен нотами, советская сторона «давала румынским государственным деятелям возможность свободного волеизъявления», то разговоры о «возможной аннексии лишни», подчеркивает западнонемецкий специалист по международному праву Г.Вебер в работе «Буковина во Второй мировой войне (Weber H. Die Bukowina in Zweiten Weltkrieg // Volkerrechtliche Aspecte der Lage der Bukowina im Spannungsfeld zwischen Rumannien, Sowietunion und Deutschland.—Berlin, 1972.). Международно-правовые аспекты положения Буковины». С точки зрения международного права, определение «оккупация» относительно северной части Буковины может быть применено только к вступлению на её территорию румынских войск и в 1918 г., и в 1941 г., доказательно утверждает Г.Вебер. См.:   Weber H. Op. cit.—S.9, 14.

18 Nistor I. Romanii de peste Nistru: Lamurire pentru a-i ojuta in lupta.; Nistor I. Romanii Transnistreni.— Cernauti, 1925. Nistor I. Vechimea asezarilor romanesti dincolo de Nistru // Anal. Acad.—Rom. Ser. III.—1932.—T.12.

19 Nistor I. Aspectele geopolitice si culturale din Transnistria // Anal. Acad. Rom.—Ser. III.—1942.—T.25.—P.32,47.

20 Лебедев Н. И. Op. cit.—С.356.

21 Roller M. Probleme de istorie.— Bucuresti, 1951. ; Cusnir-Mihailovici C. Despre situatia revolutionara din Romania in perioada 1918—1920.— Bucuresti, 1955.; Constantinescu-Iasi P. Influenta Marii Revolutii Socialiste din Octombre asupra miscarii revolutionare din Romania.— Bucuresti, 1957.; Liveanu V. 1918 Din istoria luptelor revolutionare din Romania.—Bucuresti, 1960.

22 Чаушеску Н. Румыния по пути завершения социалистического строительства. — Бухарест; Меридиане, 1969.—Т.І.—С.403.

23 Цит. по: За рубежом.—1990.—№14.—30 марта—5 апр.— С.4.

24 Melescanu T. Romania a trecut din tabara candidatilor la integrarea euro-atlantica, in tabara potentialilor membri ai acestei aliante // Romanul.—24 dec. 1994—8 ian. 1995.—P.5.

25 Конечно, эта мотивация не выдерживает критики, поскольку Украинская Советская Социалистическая Республика принимала участие, вместе с другими союзными государствами, в подписании мирного договора с Румынией в 1947 г., она была и состоит членом ООН со времени основания этой международной организации.

26 Flacara.— 1993.— 8 dec.











Предыдущая       Главная       Следующая




Вибрана сторінка

Арістотель:   Призначення держави в людському житті постає в досягненні (за допомогою законів) доброчесного життя, умови й забезпечення людського щастя. Останнє ж можливе лише в умовах громади. Адже тільки в суспільстві люди можуть формуватися, виховуватися як моральні істоти. Арістотель визначає людину як суспільну істоту, яка наділена розумом. Проте необхідне виховання людини можливе лише в справедливій державі, де наявність добрих законів та їх дотримування удосконалюють людину й сприяють розвитку в ній шляхетних задатків.   ( Арістотель )



Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть мишкою ціле слово та натисніть Ctrl+Enter.

Iзборник. Історія України IX-XVIII ст.