‹‹     Головна





НЂсколько новыхъ матеріаловъ для біографіи Т. Г. Шевченка.



I.

Отъ редакціи.


Хотя минуло уже 32 года со дия смерти Т. Г. Шевченка; хотя много матеріаловъ для біографіи его собрано уже въ печати за это время, — но и до сихъ поръ мы не можемъ похвалиться безусловной полнотой всЂхъ свЂдЂній, касающихся этого замЂчательнаго поэта. Главная причина этой неполноты извЂстій заключается въ непривычкЂ нашихъ соотчичей переводить на бумагу, въ видЂ дневниковъ и мемуаровъ, тЂ мысли, и чувства, которыя переиспытываются ими какъ современниками, подъ впечатлЂніемъ переживаемыхъ моментовъ. Какъ много драгоцЂнныхъ свЂдЂній унесено уже въ могилу лицами, близко знавшими Т. Шевченка, и какъ много можетъ еще погибнуть для потомства, если находящіеся въ живыхъ его современники не позаботятся разсказать, хотя-бы и не для текущей печати, но для будущей, всего ими видЂннаго, слышаннаго и пережитаго въ жизни общественной, а равно и личной, въ соприкосновеніи съ именами, ставшими достояніемъ исторіи! Вотъ почему мы всегда съ особеннымъ удовольствіемъ встрЂчаемъ даже мельчайшіе факты въ новыхъ какихъ-нибудь мемуарахъ современниковъ Шевченка; вотъ почему и въ данномъ случаЂ мы охотно на страницахъ нашего журнала помЂщаемъ нЂсколько такихъ новыхъ данныхъ, которыя читатель найдетъ въ напечатанныхъ выше воспоминаніяхъ З. Ф. Недоборовскаго, а равно и въ предлагаемыхъ ниже вос/241/поминаніяхъ Г. М. Косарева. Особенно рады мы тому обстоятельству, что приходится намъ помЂстить эти матеріалы въ февральскомъ номерЂ журнала, т. е. въ томъ мЂсяцЂ, который болЂе всего связывается съ именемъ Т. Г. Шевченка, и родившагося, и умершаго въ этомъ мЂсяцЂ чуть ли не въ одно и то-же число (род. 25-го, умеръ 26-го).

Въ 1889 году въ нашемъ журналЂ (№ 2) была помЂщена статья Н. Д. Н. подъ заглавіемъ „На Сыръ-ДарьЂ у ротнаго командира“. Статья эта составлена была авторомъ на основаніи устныхъ разсказовъ и рукописныхъ замЂтокъ бывшаго ротнаго командира Т. Шевченка во время ссылки послЂдняго въ Ново-Петровскомъ укрЂпленіи. Этотъ ротный командиръ, не названный тогда авторомъ полной фамиліей, есть Георгій Михайловичъ Косаревъ, скончавшійся 30-го декабря 1891 года. Пользуемся случайностью, доставившей намъ № 4-й за прошлый 1892 годъ „Туркестанскихъ ВЂдомостей“, чтобы извлечь оттуда краткія свЂдЂнія о жизни этого симпатичнаго человЂка.

„30 декабря (1891) смерть унесла въ могилу одного изъ старЂйшихъ й симпатичнЂйшихъ туркестанцевъ, Георгія Михайловича Косарева. Покойный происходилъ изъ дворянъ оренбургской губерніи и родился въ 1818 г. Получивъ домашнее воспитаніе, Г. М. въ 1835 г. поступилъ на службу въ одинъ изъ оренбургскихъ линейныхъ баталіоновъ унтеръ-офицеромъ, съ выслугою трехъ мЂсяцевъ за рядоваго. Въ офицеры онъ былъ произведенъ въ 1839 году. Почти вся его долгая, 49-лЂтняя служба прошла на пустынномъ Мангишлакскомъ полуостро†и въ степныхъ туркестанскихъ укрЂпленіяхъ. Въ 1846 г. онъ участвуетъ въ возведеніи Ново-Петровскаго укрЂпленія (впослЂдствіи переименованнаго въ фортъ Александровскій) и остается здЂсь много лЂтъ, пользуясь всеобщимъ расположеніемъ и любовью. Въ это время въ укрЂпленіи находился на службЂ Шевченко, котораго поэтому близко зналъ Г. М., тЂмъ болЂе, что Тарасъ Григорьевичъ былъ нЂкоторое время у него въ ротЂ. Въ 1864 г. Г. М. былъ назначенъ комендантомъ форта № 2, а чрезъ пять лЂтъ — форта № 1 (Казалинскъ), въ которомъ прослужилъ 15 лЂтъ, до выхода своего въ отставку, поль-/242/зуясь неизмЂннымъ, глубокимъ расположеніемъ всЂхъ кто его зналъ. Общій миротворецъ, хлЂбосолъ и истинно добрый и честный человЂкъ, покойный оставилъ по себЂ самую лучшую память. Покойный въ очень многомъ напоминалъ симпатичнаго капитана Миронова, коменданта БЂлогорской крЂпости („Капитанская дочка“, Пушкина). Въ наше время такіе люди уже большая рЂдкость. „Нервный вЂкъ“, быстро прогрессирующій, вырабатываетъ иные типы, столь мало похожіе на Косаревыхъ и Мироновыхъ, и тЂмъ большая ощущается грусть, когда смерть похищаетъ изъ нашей среды такихъ людей, какъ покойный Георгій Михайловичъ“.

Въ дополненіе къ этой краткой характеристикЂ Г. М. Косарева укажемъ только на упомянутую нами статью Н. Д. Н., гдЂ личность эта обрисована со всей ея простотой и задушевностью, напоминающими лермонтовскаго Максима Максимыча. Какъ было сказано, статья Н. Д. Н. составлена между прочимъ на основаніи замЂтокъ Г. М. Косарева. Въ настоящее время намъ до ставлены точно переписанныя съ подлинной рукописи Г. Косарева его воспоминанія о ШевченкЂ, добытыя у вдовы покойнаго нашимъ сотрудникомъ. К. М. Оберучевымъ, который снабдилъ ихъ предисловіемъ и примЂчаніями. По всему видно, что это тЂ самыя воспоминанія, которыя доставлены были покойнымъ г-ну Н. Д. Н. Въ виду какъ общаго, такъ и спеціальнаго интереса этихъ воспоминаній, мы печатаемъ ихъ почти цЂликомъ, исключая только тЂ факты, которые сами по себЂ являются мелочными и мало связанными съ личностью поэта, или же были безъ всякихъ отличій переданы въ статьЂ г. Н. Д. Н.

Пользуемся также случаемъ, чтобы напечатать краткія замЂтки, доставленныя намъ Г. П. Даценкомъ, имЂвшимъ возможность добыть нЂкоторыя данныя изъ времени пребыванія Шевченка въ Орской крЂпости, уясняющія кое-какія подробности, о которыхъ идетъ рЂчь и въ воспоминаніяхъ Г. Косарева.

Можемъ также подЂлиться съ читателями нЂсколькими письмами нашего поэта, писанными извЂстной благопріятельницЂ его, княжнЂ ВарварЂ НиколаевнЂ Репниной. Слишкомъ хо-/243/рошо извЂстны тЂ дружескія отношенія, которыя существовали между княжной Репниной и Т. Г. Шевченкомъ, чтобы нужно было намъ указывать на значеніе опубликованія этихъ писемъ, которыя покойная княжна не желала предавать печати при своей жизни. Смерть ея, послЂдовавшая 28-го ноября 1891 года, открываетъ теперь намъ право, не нарушая ея воли, сдЂлать эти письма достояніемъ людей, интересующихся всякими новыми матеріалами для изученія жизни поэта, а тЂмъ болЂе такими, какъ переписка его съ княжной В. Н. Репниной.

Наконецъ, къ этому-же февральскому номеру нашего журнала мы прилагаемъ извЂстный очень немногимъ портретъ поэта, исполненный въ 1888 году знаменитымъ художникомъ И. Е. РЂпинымъ. Портретъ этотъ есть результатъ долговременной работы художника, которому пришлось исполнить трудную задачу: воспроизвести своей кистью лицо человЂка, руководствуясь : только фотографическими снимками, многочисленными портретами, маской, снятой съ лица покойника, и разсказами и описаніями людей, лично знавшихъ поэта. Нечего удивляться, что всЂмъ извЂстный громадный талантъ И. Е. РЂпина побЂдилъ всЂ эти трудности, и — по заявленію современниковъ поэта — данный портретъ его удался какъ нельзя лучше. Портретъ этотъ былъ въ прошломъ году на выставкЂ въ ПетербургЂ и МосквЂ, а затЂмъ перешелъ въ частную собственность, вслЂдствіе чего помЂщеніе его въ фототипическомъ снимкЂ не можетъ быть признано излишнимъ.





II.

Извлеченіе изъ дЂлъ и памяти: нЂчто о ТарасЂ ГригорьевичЂ Шевченко, съ 1846 по 1857 годъ включительно.


30-го Декабря 1891 г. въ г. Ново-МаргеланЂ умеръ отставной полковникъ Георгій (Егоръ) Михайловичъ Косаревъ, имя котораго связано съ именемъ поэта Тараса Григорьевича Шевченка: Косаревъ съ 1850 по 1857 годъ зналъ лично Шевченка и даже нЂкоторое время былъ его ротнымъ коман-/244/диромъ. ПослЂ смерти Косарева мнЂ удалось познакомиться съ его семействомъ. Во время одной изъ бесЂдъ я спросилъ вдову Косарева: „не сохранилось ли у нея записокъ ея мужа, нЂтъ-ли какихъ либо воспоминаній его о пребываніи Шевченка въ его ротЂ?“ — Есть — отвЂтила мнЂ Серафима Васильевна и охотно предложила въ мое распоряженіе все, что нашла при бЂгломъ просмотрЂ бумагъ покойнаго мужа. Такимъ образомъ, часть записокъ Г. М. Косарева оказалась въ моихъ рукахъ. Полученное мною состоитъ изъ двухъ тетрадокъ, озаглавленныхъ: „Извлеченіе изъ дЂлъ и памяти“, и 8½ отдЂльныхъ листовъ, одна часть которыхъ представляетъ какъ бы черновые листы тетрадей, а другая — заполнена отрывочными замЂтками, справками. По прочтеніи двухъ тетрадей записокъ я нашелъ въ нихъ большое сходство съ замЂткой Н. Д. Н. „На Сыръ-ДарьЂ у ротнаго командира“, напечатанной первоначально въ „Кіевской СтаринЂ“ и вышедшей затЂмъ отдЂльнымъ оттискомъ. Ясно, что авторъ упомянутой замЂтки пользовался этими записками, что подтверждается однимъ изъ писемъ покойнаго Косарева къ г. Н. Д. Н., черновикъ котораго имЂется у меня. „Окончивъ свЂденія о ТарасЂ ГригорьевичЂ Шевченко на 9 цЂлыхъ листахъ, при семъ къ вамъ посылаю“. Такъ пишетъ Косаревъ Н. Д. Н., посылая ему свои замЂтки. Да и самъ Н. Д. Н. въ статьЂ своей указываетъ, что онъ пользовался „замЂтками“ К—ва. Такимъ образомъ замЂтки Косарева были уже предложены публикЂ въ двовольно подробномъ извлеченіи.

Не смотря на это, я позволяю себЂ, съ разрЂшенія вдовы Косарева, опубликовать его записки, во первыхъ, потому, что изъ нихъ извлечено не все, разсказанное Косаревымъ о ШевченкЂ, а во вторыхъ — потому, что ввиду нЂкоторыхъ неточностей воспоминаній Косарева, вошедшихъ и въ замЂтку г. Н. Д. Н. я, для облегченія будущему біографу великаго народнаго поэта, хотЂлъ снабдить эти записки пояснительными примЂчаніями.

Предлагаемыя записки представляютъ точную копію двухъ тетрадей Косарева подъ заглавіемъ: „Извлеченіе изъ дЂлъ и памяти“. Въ примЂчаніяхъ мною приведены соотвЂтственныя /245/ замЂтки Косарева, взятыя изъ отдЂльныхъ листовъ, а также сдЂланы нЂкоторыя сопоставленія воспоминаній Косарева съ заявленіями другихъ лицъ и документами.

Считая весьма важнымъ сохраненіе и опубликованіе всякихъ матеріаловъ о жизни поэта, а тЂмъ болЂе о весьма мало извЂстномъ времени ссылки его, я съ удовольствіемъ публикую эти записки, тЂмъ болЂе, что въ нихъ чувствуется теплота и искренность отношеній автора къ поэту.

К. Оберучевъ.


Новый Маргеланъ Ферганской Области.

25 февраля 1892 г.




На сколько могу припомнить художникъ и поэтъ Тарасъ Григорьевичъ Шевченко еще въ 1846 1) году былъ конфирмованъ по Высочайшему повелЂнію за политическое преступленіе и сосланъ рядовымъ въ отдЂльный Оренбургскій корпусъ для замЂщенія въ одинъ изъ Оренбургскихъ линейныхъ батальоновъ 23-й тогда пЂхотной дивизіи.

По прибытіи къ батальонному штабу рядовой Шевченко поступилъ во 2-ю роту и значился по рапортному списку 191 человЂкомъ, который былъ ростомъ 2 хъ аршинъ 3¼ вершковъ 2). Ротный его командиръ былъ тогда поручикъ Богомоловъ.



1) Дата Косарева, какъ извЂстно, не вЂрна.

2) Въ замЂткЂ А. Р. „Туркеотанская старина“ (Туркестанскія вЂдомости № 15 1891 г.) сказано, что Шевченко „въ іюнЂ (1847 г.) былъ уже въ ОрскЂ и зачисленъ въ 5 оренбургскій линейный батальонъ“.

Въ отдЂльныхъ листахъ записокъ Косарева, есть замЂтка, справка нзъ дЂлъ: „Рядовой Тарасъ Шевченко 19 декабря 1848 года значился по списку 2-й роты № 4 батальона въ командировкЂ на Косъ-АралЂ. Командиръ роты былъ поручикъ Богомоловъ. Командиръ батальона маіоръ Дамичъ, начальникъ укрЂпленія подполковникъ МатвЂевъ, состоявшій по особымъ порученіямъ при командирЂ отдЂльнаго оренбургскаго корпуса“.

Въ замЂткЂ А. Родзевича „Тарасъ Шевченко въ закаспійскомъ краЂ“ „Русская старина май 1891 г. приведенъ „формулярный о службЂ линейнаго оренбургскаго батальона № 1 рядоваго Тараса Шевченко“, изъ котораго видно, что Шевченко поступилъ на службу 23 іюня 1847 г. въ линейный оренбургскій батальонъ № 5. Изъ того-же формулярнаго списка не видно, чтобы Шевченко числился въ 4-мъ батальонЂ.



Въ томъ-же году д†роты со штабомъ 4-го Оренбургскаго линейнаго батальона были замЂнены въ Орской крЂпости /246/ таковыми-же батальона № 5, которыя по распоряженію начальства выступили въ уральское укрЂпленіе.

Въ укрЂпленіи этомъ было предназпачено собраться отряду изъ указанныхъ 2-хъ ротъ 4-го батальона, 2-хъ сотень козаковъ уральскаго войска, артиллеріи оренбургскаго гарнизона, башкирцевъ до 600 человЂкъ и вольнорабочихъ, для возведенія укрЂпленія на р. ЧинарЂ. Но къ выступленію отряда въ степь ожидался командиръ отдЂльнаго оренбургскаго корпуса генералъ-адъютантъ Обручевъ, который тогда съ ранней весны находился на полуостро†Мангишлакъ, на сЂверо-восточномъ берегу каспійскаго моря, съ особымъ отрядомъ для возведенія новопетровскаго укрЂпленія, откуда и возвратился въ началЂ мая мЂсяца.

Въ то время отрядъ двинулся къ Аральскому морю, а по прибытіи сталъ возводить укрЂпленіе, такъ что въ 1847 году уже раимское укрЂпленіе было построено.

Генералъ Обручевъ по возведеніи крЂпостныхъ верковъ и сдЂланіи нужныхъ распоряженій возвратился обратно въ городъ Оренбургъ.

Въ 1847 году 1) въ Раимское укрЂпленіе прибылъ отъ флотиліи лейтенантъ Бутаковъ съ прапорщикомъ корпуса флотскихъ штурмановъ ПоспЂловымъ, матерьялами для судовъ и рабочими.

Лейтенантъ Бутаковъ съ помощью сихъ рабочихъ собралъ д†парусныя шкуны, оснастилъ ихъ и спустилъ въ р. Сыръ-Дарью. Суда эти въ послЂдствіи времени получили названіе „Михаилъ“ 2) и „Константинъ“. Первая шкуна была поручена подъ начальство прапорщику ПоспЂлову, а надъ второй принялъ начальство самъ лейтенантъ Бутаковъ, онъ же завЂдывалъ и эскадрою.



1) Въ упомянутой замЂткЂ А. Р. („Туркестанскія Ведомости № 15 1891 г.) сказано „11 мая 1848 года онъ (Шевченко) выступилъ изъ Орска въ степь, въ Раимъ вмЂстЂ съ транспортомъ, при которомъ шелъ начальникъ и члены экспедиціи, а также части разобранной шкуны „Константинъ“.

2) Въ запискЂ Косарева на листахъ есть замЂтка: „Шевченко находился съ Бутаковымъ на шкунЂ „Константинъ“, въ 1848 и 1849 годахъ, шхуной же „Николай“ командовалъ прапорщикъ ПоспЂловъ“. /247/



Для выполненія матросскихъ обязанностей были откомандированы нижніе чины изъ двухъ ротъ 4-го Оренбургскаго линейнаго батальона: 5 унтеръ-офицеровъ, 36 рядовыхъ и одинъ фельдшеръ. Въ этомъ числЂ находился и рядовой Тарасъ Шевченко 1).

Для этого флота въ 1848 году былъ построенъ на Косъ-АралЂ отдЂльный небольшой фортъ, названный Косъ-Аральскимъ фортомъ, въ которомъ и помЂщались всЂ воинскіе чины флота, независимо отъ гарнизона, расположеннаго въ Раимскомъ укрЂпленіи.

Лейтенантъ Бутаковъ получи(в)лъ распоряженіе отъ главнаго начальника оренбургскаго края отправиться съ ввЂренной ему эскадрой въ аральское море, по открытіи весенней навигаціи 1848 года, какъ для обозрЂнія онаго и береговъ, такъ и (для) промЂра глубины въ морЂ.



1) Назначеніе Шевченка въ экспедицію Бутакова въ замЂткЂ А. Р. объясняется совершенно иначе. „Когда А. И. Бутаковъ собирался для описи Аральскаго моря, то его просили доброжелатели Шевченка взять съ собою поэта. ВЂроятно и передъ В. А. Обручевымъ было замолвлено доброе слово. По крайней мЂрЂ, Шевченко безъ особыхъ затрудненій былъ назначенъ, по просьбЂ Бутакова, къ нему въ экспедицію, для рисованія видовъ морскихъ береговъ“.

Изъ примЂчанія 3-го видно, что Шевченко прибылъ въ Раимское укрЂпленіе въ 1848 году, а не вмЂстЂ съ ротами 4-го батальона весною 1847 года. Сопоставляя это съ данными формулярнаго списка и датами стихотвореній „Чернець“ и „Не для людей и не для славы“, подъ которыми подписано „1848 г., Орская крЂпость“ (см. „Кобзарь“ Прага 1876 г. и С-П-бургъ 1884 г.) можно съ увЂренностью заключить, что Косаревъ ошибался, говоря, что Шевченко прибылъ въ Раимъ въ 1847 г. вмЂстЂ съ ротами 4-го батальона и отъ нихъ былъ уже командированъ въ качест†матроса къ лейтенанту Бутакову.

Поэтому правильнЂе указанія А. Родзевича и А. Р. (два разныя лица), что Шевченко по прибытіи въ Оренбургъ былъ зачисленъ въ 5-ый батальонъ. Былъ-ли потомъ переведенъ Шевченко въ 4-ый батальонъ и это пропущено въ формулярномъ спискЂ, или же оставался въ 5-мъ, пока остается открытымъ.

Не лишнее припомнить, что подъ стихотвореніемъ „На Риздво“ помЂчено „Косъ-Аралъ, на Аральскому мори 24 декабря 1848 г.



Дождавшись этого времени, онъ выступилъ съ эскадрою въ морское плаванье, пробывъ тамъ все лЂто, а въ половинЂ августа возвратился въ Косъ-Аральскій фортъ, еще неокончивши всего обозрЂнія. Въ 1849 году съ открытіемъ весенней нави-/248/гаціи лейтенантъ Бутаковъ вторично выступилъ въ море, гдЂ по окончаніи всего обозрЂнія возвратился въ фортъ.

ВсЂ нижніе чины, исполнявшіе обязанности матросовъ, въ томъ числЂ и Тарасъ Шевченко, за морскую кампанію 1848 и 1849 года получили Высочайше дарованную денежную награду, каждый по 5 рублей серебромъ 1).

Капитанъ-лейтенантъ Бутаковъ, согласно испрошеннаго имъ разрЂшенія у командира отдЂльнаго Оренбургскаго округа генералъ-адъютанта Обручева, отправился въ г. Оренбургъ, что-бы ускорить (поспЂшить) тамъ составленіемъ плана и отчетности по обозрЂнію, для Государя Императора и военнаго министра, передавъ флотилію въ распоряженіе коменданта, взявъ съ собою подпоручика ПоспЂлова, топографовъ Рыбина и Христофорова, унтеръ-офицера Вернера, старшаго фельдшера Истомина, рядоваго Шевченко и своего деньщика Тихова, съ которыми и отправился въ г. Оренбургъ, выЂхавъ изъ Раимскаго укрЂпленія 8 октября 2). Степью прослЂдовалъ благополучно и прибылъ въ г. Оренбургъ 10 числа ноября.

Капитанъ-лейтенантъ Бутаковъ возвратился въ Раимское укрЂпленіе въ половинЂ мая мЂсяца 1850 года. Тарасъ Шевченко не возвращался 3); а изъ дЂлъ архива въ укрЂпленіи коменданта форта № 1 по спискамъ 2-хъ ротъ 4-го батальона, болЂе не значился.



1) „Согласно предписанія Штаба войскъ отдЂльнаго оренбургскаго корпуса отъ 30-го апрЂля 1851 года за № 2267“, какъ сказано въ отдЂльныхъ листахъ замЂтокъ Косарева.

2) „Приказъ ло Раимскому гарнизону маіора Дамича (о распоряженіи) отъ 6 октября 1849 г. за № 607 объ отправленіи (ихъ) 8 числа капитанъ-лейтенанта Бутакова съ прочими (словъ не разобралъ) (въ томъ числЂ и Шевченко), подъ прикрытіемъ „ “ основанный на распоряженіи корпуснаго командира отъ 12 мая № 1466“. ЗамЂтка Косарева на отдЂльныхъ листахъ.

3) Относительно этого считаю не лишнимъ сопоставить указанія А. Р. и А. Родзевича. Изъ замЂтки А. Р. видно, что Шевченко по доносу былъ арестованъ въ концЂ апрЂля 1850 г. въ ОренбургЂ, отправленъ въ Орскъ и болЂе въ Туркестанскій край не возвращался, что согласуется съ замЂтками Косарева. А Родзевичъ говоритъ, что въ половинЂ апрЂля 1850 г. Шевченко былъ отправленъ изъ Раимскаго укрЂпленія въ Орскъ, т. е. какъ будто изъ Оренбурга онъ возвратился назадъ въ укр. Раимское.



А также не видно, чтобы Шевченко зани-/249/мался когда либо въ Раимскомъ укрЂпленіи художественными издЂліями или какими сочиненіями 1).

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Я не буду здЂсь описывать въ подробности всего, но только обращусь къ тому времени, когда прибылъ на службу къ намъ рядовой Тарасъ Шевченко.

Онъ прибылъ въ Новопетровское укрЂпленіе въ д†роты Оренбургскаго Линейнаго №1 батальона въ маЂ 2) мЂсяцЂ 1850 года и поступилъ въ 4-ю роту, которой тогда командовалъ штабсъ-капитанъ Потаповъ, онъ же и завЂдывалъ двумя ротами, такъ какъ штабъ батальона еще въ 1847 году возвратился въ г. Уральскъ.

Командиръ 4-й роты былъ довольно строгій съ нижними чинами, приказалъ назначить къ Шевченку дядьку, хорошаго строгаго солдата, поручивъ ему обучать Шевченка ружейнымъ пріемамъ и маршировкЂ. Но почему-то Шевченку эта наука не давалась, поэтому онъ и называлъ ее „премудростью“.

О ШевченкЂ никакихъ письменныхъ свЂдЂній изъ батальона не присылалось, а только было предписано завЂдывающему двумя ротами считать его политическимъ преступникомъ, а у коменданта было особое распоряженіе отъ штаба войскъ отдЂльнаго Оренбургскаго корпуса, что-бы ему недозволять имЂть карандаши, чернило, перья и бумагу, писать и рисовать; но въ послЂдствіи времени это было разрЂшено, только подъ надзоромъ коменданта или кого изъ офицеровъ.



1) ПослЂ этого въ запискахъ Косарева идетъ подробное изложеніе хода постройки укрЂпленія Ново-Петровскаго (нынЂ фортъ Александровскій), участникомъ которой онъ былъ. Я пропускаю всЂ подробности, какъ неимЂющія никакого отношенія къ поэту.

2) Дата А. Родзевича „17 октября“ правильнЂе, такъ какъ основана на офиціальныхъ документахъ.



Въ 1852 году я былъ произведенъ въ штабсъ-капитаны, а штабсъ-капитанъ Потаповъ отправлялся въ 10-й Оренбургскій Линейный батальонъ. Поэтому мнЂ было предложено вступить въ завЂдываніе двухъ ротъ этого батальона и одной ротой командовать на законномъ основаніи. Рядовой Шевченко перешелъ /250/ ко мнЂ въ роту. Держалъ онъ себя очень прилично и жилъ онъ въ казармахъ. Въ свободное время ходилъ къ коменданту обучать дЂтей грамотЂ.

Когда было разрЂшено Шевченку писать и рисовать, тогда онъ со многихъ офицеровъ снималъ портреты, въ томъ числЂ и съ меня, бЂлымъ, чернымъ и желтымъ карандашами, — но нЂкоторые портреты не были похожи 1). Онъ также написалъ въ стихахъ „Кобзаря“ 2), сдЂлалъ д†формы и отлилъ изъ алебастра д†картины: одна — Іисусъ Христосъ, сидящій на табуретЂ въ терновомъ вЂнцЂ, мучимый евреями; другая картина: стоитъ въ лЂтнее время раскрытая киргизская битка, въ которой у задней стЂны рЂкишетки лежитъ кирпичъ съ открытымъ ртомъ и довольной физіономіей, играя на домрЂ (родъ русской балалайки), самъ полунагой и на голо†надЂтъ кошмяной 3) колпакъ. Снаружи противъ него у дверей стоитъ жена съ улыбающейся къ нему физіономіей, толчетъ въ деревянной ступЂ просо; она, какъ видно, одЂта въ рубашку и на голо†чаблукъ. Около нея сидятъ на землЂ двое играющихъ нагихъ маленькихъ дЂтей — мальчиковъ; съ правой стороны кибитки привязанъ теленокъ, а съ лЂвой три козы 4).



1) Вотъ что говоритъ Косаревъ въ одномъ мЂстЂ своихъ записокъ на листахъ... Только съ меня снятый портретъ вышелъ очень похожій. ОтдЂланный на полулистЂ александринской бумаги портретъ мой и въ настоящее время находится въ ОренбургЂ у прежнихъ моихъ родственниковъ по первой женЂ, — Колмаковыхъ, — который остался у нихъ послЂ смерти тамъ моей жены.

2) Именно ко времени пребыванія поэта въ Ново-Петровскомъ укрЂпленіи (1850 — 1857 гг.) относится наименьшее число поэтическихъ произведеній Шевченка.

„Хатына“ подписана „1850 р. надъ Каспіемъ“, „Москалева Криниця“ подписана „1857 р. Новопетровское укрЂпленіе“. („Кобзарь изд. 1884 г “). КромЂ того въ томъ же изданіи подъ 1850 помЂщены нЂсколько пьесъ. 1851, 1852, 1853, 1854, 1855 и 1856 года въ „КобзарЂ“ совершенно отсутствуютъ.

Въ сборникЂ русскихъ повЂстей и разсказовъ есть д†повЂсти, относящіяся къ этому же времени: 1) „Художникъ“ — „4 октябра 1856 г.“ и 2) „Музыкантъ“ — „15 января 1857 г.“.

3) Войлочной.

4) Эта группа нЂсколько иначе описана Косаревымъ на отдЂльныхъ листахъ... а двое маленькихъ нагихъ дЂтей, — мальчикъ и дЂвочка — играли, сидя на землЂ сь правой стороны матери, съ козленкомъ. /251/



КромЂ того, Шевченко выливалъ изъ элебастра и другія статуэтки.

Произведенія эти онъ раздавалъ желающимъ, за что ему платили деньги.

Въ Ново-Петровскомъ укрЂпленіи было офицеровъ до 20 человЂкъ,въ томъ числЂ семейныхъ 12. Жизнь была почти однообразна: днемъ казенныя работы и ученья, а вечерами собирались по домамъ провести время въ семействахъ, гдЂ устраивалось лото, преферансъ и ералашъ по 1/10 или 1/1000 копЂки, или танцы. Музыканты у насъ были изъ двухъ оркестровъ, одинъ офицерскій, а другой изъ нижнихъ чиновъ; но и это намъ наскучило.

Окрестности укрЂпленія незавидныя: съ одной стороны горы, а съ другой бушующее море. Осенью и зимою постоянно дуютъ сЂверо-восточные вЂтры.

Наконецъ придумали устроить любительскій спектакль.

ПомЂщенье было занято въ одной пустопорожней казармЂ. Декораціи были сдЂланы своими же художниками. ЗанавЂсъ былъ данъ на время изъ пунцовой шелковой матеріи съ кистями одной офицершей. Люстры и канделябры устроены изъ ружейныхъ штыковъ, взятыхъ изъ цейхгаузовъ. ОсвЂщенье было общее, такъ какъ представленье театра игралось безденежно.

Выбрали комедію соч. Островскаго „Свои люди сочтемся“. Дамы наши не участвовали въ комедіи, а только были зрительницами. Роли были даны: поручику З(убильскому) — купца Большова, его жену Аграфену Кондратьевну дали прапорщику Б(ажанову), дочь Липочку — прапорщику У(гла), сваху Устинью Наумовну — поручику Г., приказчика Подхалюзина пришлось играть мнЂ и приказнаго Рисположенскаго — Тарасу Шевченку, а роль приказчика Тишки — поручику Б.

ВсЂ актеры свои роли разучили къ 25 декабря 1) довольно твердо; костюмы, парики и бороды накладныя были готовы, сдЂланы и прилажены очень сносно.



1) 1850 года, какъ это видно изъ замЂтокъ на отдЂльныхъ листахъ, слЂдовательно — Шевченко сразу былъ принятъ въ общество офицеровъ. /252/



1-е представленіе было назначено 27 декабря 1); такъ какъ представленіе было безденежное, то и посЂтителей набралось очень много, не исключая и купечества, которое тоже намъ содЂйствовало къ убранству комнаты и въ освЂщеніи.

Наступило время представленія. Шевченка я замаскированнымъ не видалъ, потому что мнЂ приходилось въ своемъ костюмЂ дирижировать оркестромъ музыки, поставленной за кулисами, и самому играть первую скрипку. Комедія началась. О себЂ ничего не скажу, но всЂ играли хорошо, а въ особенности Липочка. Нужно замЂтить, что прапорщикъ У(гла) былъ шведъ, красивый собой, блондинъ съ голубыми глазами, бЂлымъ лицомъ, безъ усовъ, стройный и небольшаго роста; немного картавилъ.

Но когда показался на сцену Шевченко, то смЂшно было на него смотрЂть: онъ былъ одЂтъ въ довольно поношенный, старый и нЂсколько узкій на него фракъ изъ синяго сукна, короткіе панталоны неизвЂстной матеріи гороховаго цвЂта, тоже поношенныя, сапоги съ заплатами, а одинъ — истоптанный на одну сторону, жилетъ когда-то бывшій зеленаго цвЂта изъ бумажной матеріи съ обтяжными пуговицами. На голо†надЂта стариковская, смятая пуховая шляпа. Въ соотвЂтствіе такому костюму и. лицо Шевченка было размалевано красками. Однимъ словомъ, онъ изображалъ изъ себя приказнаго, какъ будто явившагося съ похмЂлья и не доспавшаго послЂ сильнаго перепоя. Шевченко былъ смЂшонъ въ то время, когда купецъ Большовъ былъ за долги посаженъ въ яму, и жена его, сидя дома съ свахой Устиньей Наумовной, скорбЂла и плакала, а приказный Рисположенскій въ то время заходитъ къ ней и спрашиваетъ: „а что вы, Аграфена Кондратьевна, огурчики то солили? Это что у васъ — водочка, что-ли? Я рюмочку выпью“. — „Э-эхъ батюшка, до огурчиковъ ли мнЂ сегодня! Выпей, батюшка“, — отвЂчала Аграфена Кондратьевна“. Вообще Шевченко съумЂлъ превосходно сыграть свою роль.



1) Въ замЂткахъ Косарева на листахъ сказано, что 1-й спектакль былъ 26 декабря, 2-й 28-го, а 27-го и 29-го комедія „Свои люди сочтемся“ была сыграна дла нижнихъ чиновъ. /253/



По окончаніи спектакля, комендантъ укрЂпленія устроилъ намъ вкусный ужинъ, на который были приглашены и прочіе съ семействами офицеры и купечество.

ПослЂ того, комедія эта, по просьбЂ общества, еще повторялась 2 раза 1), и два раза играли для нижнихъ чиновъ. ....... 2) Такъ что къ масляницЂ составился театръ изъ нижнихъ чиновъ, которые играли довольно удачно комедію „Ворона въ павлиньихъ перьяхъ“ и одинъ водевиль „Дядюшка“, за что платилось имъ за первое мЂсто рубль, второе 50 к., третье 20 к. и четвертое 10 к.



1) Смотри примЂчапіе выше.

2) Очевидно пропускъ. На отдЂльныхъ листахъ это мЂсто написано слЂдующимъ образомъ: „27 го и 29-го чиселъ было сдЂлано представленіе этой комедіи для нижнихъ чиновъ, которое послужило имъ въ пользу, такъ что въ послЂдствіи времени изъ нихъ нашлось много актеровъ, которые стали въ дни сырной недЂли играть комедіи и водевили. А съ того времени постоянно были театры“.



Шевченко по окончаніи втораго представленія комедіи „Свои люди сочтемся“, переодЂвшись въ малороссійскій костюмъ, плясалъ на сценЂ малороссійскій танецъ. Музыка играла трепака Онъ удивилъ всЂхъ своимъ искусствомъ въ пляскЂ; съ тЂхъ поръ, гдЂ бывали вечера съ танцами, приглашали и Шевченка, и онъ, по просьбЂ общества, никогда не отказывался отплясать трепака.

Въ воскресные дни офицеры нерЂдко собирались пЂть на клиросЂ. Не отставалъ отъ нихъ и Шевченко. Онъ пЂлъ теноромъ. Голосъ у него былъ довольно чистый и звонкій. Онъ любилъ иногда дома, или по просьбЂ, въ обществЂ, пЂть пЂсни и малоросійскія, а въ особенности любилъ пЂть „Віютъ витры“. —

Тарасъ Шевченко, какъ было видно, хорошо образованъ; любилъ много говорить. Онъ копировалъ купцовъ, хохловъ, поповъ, старовЂровъ разныхъ сектъ.

Любилъ онъ и выпить или убить муху въ зеленомъ винЂ. Офицеры изучили Шевченка такъ, что если у кого онъ сидитъ въ гостяхъ и преимущественно въ семейномъ домЂ, то слЂдятъ за нимъ, въ особенности, когда подана на столъ сухая закуска и водка.

Шевченко зналъ множество анекдотовъ; когда онъ выпивалъ первую рюмку водки, то разсказывалъ ихъ уже свободнЂе, /254/ за второй рюмкой еще свободнЂе, а наконецъ послЂ 3-й онъ былъ только годенъ въ холостой компаніи 1).



1) Пропускаемъ тутъ разсказъ о шуточныхъ похоронахъ Шевченка, переданныя уже въ ст. Н. Д. Н.



Въ укрЂпленіи въ то время находился ловЂреннымъ по акцизной части нЂкто отставной чиновникъ 14-го класса, Константинъ Николаевичъ Зигмунтовскій, и жена его чухонка, Софья Самойловна. Ему было отъ роду лЂтъ 70, а ей 50. Онъ былъ еще бодрымъ, а она свЂжая, бЂлая и румяная; смолоду, надо полагать она была красавица. Семейство это, кромЂ продажи питей, имЂло у себя винный погребовъ и магазинъ разныхъ для продажи вещей. Зигмунтовскій еще въ нижнихъ чинахъ служилъ въ какомъ-то гусарскомъ полку, былъ въ походахъ съ княземъ Суворовымъ за Балканами, а по выходЂ въ отставку съ чиномъ 14-го класса жилъ въ Бессарабіи, послЂ того перебрался въ городъ Астрахань и поступилъ къ кому-то въ повЂренные. Зигмунтовскій любилъ тЂхъ людей, которые вызывали его на разсказы о его походахъ за Балканы съ княземъ Суворовымъ. Онъ готовъ говорить цЂлые дни и ночи, а гдЂ возможно даже и приврать. Въ это время хозяйка дома выноситъ большой подносъ съ винами и разными закусками, ставитъ на столъ передъ диваномъ и угощаетъ гостя и своего мужа Константина Николаевича. Тарасъ Шевченко часто придумывалъ предлогъ забраться къ спиртомору (такъ солдаты прозвали Зигмунтовскаго, потому что онъ при отпускЂ спирта въ команды показывалъ крЂпость онаго черезъ спиртометръ Траллеса, — поэтому отъ слова спиртометръ назвали его спиртоморомъ), а тЂмъ болЂе, что онъ былъ и пріятелемъ Зигмунтовскаго. Отправляется: „Здравствуйте, добрЂйшій мой Константинъ Николаевичъ и многоуважаемая Софья Самойловна! Какъ ваше драгоцЂнное здоровье? Какъ живете, можете?“ — Ахъ безцЂнный нашъ, Тарасъ Григорьевичъ! Живемъ, слава Богу, по маленьку вашими усердными молитвами. Какимъ вЂтромъ васъ занесло къ намъ? Вы /255/ давненько насъ не навЂщали... Очень, очень рады! Просимъ милости садиться, дорогой нашъ гость! ПобесЂдуемъ кое-о чемъ, а то вЂдь намъ скучно однимъ-то со старухою.

Гость и хозяинъ садятся на диванъ за круглый столъ, а хозяйка отправляется за закускою.

Кхи, кхи, кхи, а я, почтеннЂйшій Константинъ Николаевичъ, составляю исторію, то мнЂ нужно бы кое-что извлечь отъ васъ о Суворовскомъ походЂ, о ДунаЂ и переходЂ черезъ Балканы, а также нЂчто о Бессарабіи. ВЂдь у васъ навЂрно это все осталось въ памяти?“

Зигмунтовскому только этого и нужно было. Начинается разсказъ чуть-ли не со дня рожденія его самого и Софьи Самойловны, которая въ то время уже ставила на столъ подносъ съ винами и многосложной закускою. Разсказъ продолжался до возвращенія изъ Суворовскаго похода и оканчивался тЂмъ, что у нихъ въ Бессарабіи родятся огурцы настолько большіе, что, бывало, разрЂжешь пополамъ огурецъ, изъ одной половинки сдЂлаешь лодку, а изъ другой два весла, сядешь и переплывешь черезъ Дунай на другую сторону.

Тарасъ въ свою очередь прерываетъ разговоръ и начинаетъ свой.

Выслушайте теперь меня, безцЂнный Константинъ Николаевичъ! Когда я служилъ на РаимЂ, вы не повЂрите, что тамъ есть рЂка Сыръ-Дарья, очень широкая и рыбная. Въ ней очень много всякой крупной рыбы, которая почти вся по верху плаваетъ и довольно смирная и никого не пугается. Бывало, захочешь отправиться на другую сторону рЂки, то свиснешь и скоро перебЂжищь по рыбЂ: одной ногой станеть на сома, другой на осетра, а потомъ на сазана, судака, усача, а иногда такъ случится, что большая рыба и сама догадается — перевезетъ; смотришь — и переправился. Стоишь на берегу и любуешься на эту рыбную рЂку“.

 — Да вы, кажется, неправду говорите Тарасъ Григорьевичъ!? — смотритъ удивленно на него Зигмунтовскій.

„Можетъ быть я и привралъ, Константинъ Николаевичъ, но и вы, кажется, сказали неправду объ огуречной лодкЂ“. /256/

Наконецъ хозяинъ сознается передъ гостемъ, что онъ совралъ.

Между тЂмъ бутылка опустЂла, закуска съЂдена; хозяинъ и гость угостились; оставляя разговоръ до другаго времени, ложатся спать, или гость кое-какъ отправляется домой (въ казармы) 1).

Въ 1856 году, по семейнымъ обстоятельствамъ я выпросилъ себЂ смЂну и отправился съ ротою въ г. Уральскъ; пробывъ тамъ до весенняго времени 1857 г., женился и возвратился обратно въ укрЂпленіе, такъ какъ нЂкто маіоръ Л., смЂнившій меня, сталъ вести себя дурно, пить, ничего не дЂлать и, наконецъ, умеръ скоропостижно. Все это дошло до свЂдЂнія начальника дивизіи, бывшаго тогда въ г. УральскЂ, который и командировалъ меня туда вступить по прежнему въ завЂдываніе тЂми-же двумя ротами и за это представилъ меня въ маіоры. По прибытіи въ Ново-Петровское укрЂпленіе въ маЂ мЂсяцЂ того года, я засталъ Шевченка въ добромъ здоровьи, котораго я перевелъ тогда къ себЂ во 2-ю роту изъ 4-й, отправлявшейся въ г. Уральскъ (роты стояли въ укрЂпленіи по 2 года каждая).

Въ томъ же году рядовой Шевченко получилъ Высочайше дарованное прощеніе и уволился отъ службы; съ тЂмъ однако, что ему запрещено было проживаніе въ г. Кіе†2), а также въЂздъ въ столицу.

Въ концЂ августа 3) того-же года Тарасъ Шевченко былъ отправленъ на почтовой лодкЂ въ Гурьевъ городокъ 4)



1) Пропускаемъ разсказъ о поЂздкЂ на охоту, переданныя въ статьЂ Н. Д. Н.

2) Билетъ № 1403 Шевченку былъ выданъ (правда по ошибкЂ) дла проживанія въ С.-ПетербургЂ.

Въ предписаніи генералъ-адъютанта графа Перовскаго отъ 28 мая 1857 г. № 543 начальнику 23 пЂхотной дивизіи мЂстонъ жительства Шевченко впредь до увольненія на родину назначенъ г. Оренбургъ. ВъЂздъ въ столицы былъ ему воспрещенъ. „Русская Старина“, май, 1891 г. статья А. Родзевича. К. О.

3) 1-го августа 1857 г., „Русская Старина“ май, 1891 г. стр. 444, ст. А. Родзевича.

4) Въ Гурьевъ городокъ Шевченко не Ђздилъ, а отправился прямо въ Астрахань, куда и прибылъ 22-го августа, что видно изъ рапорта отъ 4 сентября 1857 г. №97 астраханскаго плацъ-адъютанта прапорщика Буруева маіору Ускову. Тамъ-же, стр. 444.

Объ отправленіи Шевченко въ Астрахань, а не въ Гурьевъ городокъ говорила мнЂ вдова Косарева, объясняя это ошибоіпымъ распоряженіемъ маіора Ускова.



 для от-/257/правленія въ г. Уральскъ къ батальонному штабу. По прибытіи туда 1) и увольненіи отъ службы, Шевченко и выЂхалъ изъ Уральска въ г. Кіевъ въ сентябрЂ мЂсяцЂ.

Съ того времени я его больше не видалъ.

О немъ хлопотала одна графиня, которой онъ показывалъ мнЂ и письмо.

Шевченка мнЂ много разъ приходилось исправлять гауптвахтнымъ арестомъ или казарменнымъ, не выпуская со двора, и онъ сознавалъ свою виновность, нисколько на это не ропталъ, а напротивъ меня любилъ и уважалъ.

По выходЂ изъ службы Шевченко расписалъ въ какомъ-то журналЂ батальоннаго командира подполковника Л. 2), котораго онъ не уважалъ.

Начало службы Шевченка я зналъ изъ разсказовъ самого его и другихъ лицъ, служившихъ въ РаимЂ, а также и изъ дЂлъ сохранившихся, въ архи†управленія форта № 1; а остальная его служба была почти (все время) подъ моимъ начальствомъ въ Ново-Петровскомъ укрЂпленіи.


Е. Косаревъ.




1) Въ Уральскъ Шевченко не Ђздилъ, а прямо направился въ Нижній-Новгородъ, гдЂ и былъ задержанъ. Тамъ-же стр. 444, 446.

2) Если не ошибаюсь, въ журналЂ „Основа“ за 1861 г. въ дневникЂ.








III.

НЂсколько словъ о «ТарасЂ ГригорьевичЂ ШевченкЂ».


Съ 1886 года по 1889 мнЂ пришлось служить въ военной службЂ въ ОрскЂ въ управленіи уЂзднаго воинскаго начальника. При управленіи оказался архивъ, въ которомъ хранятся дЂла нЂсколькихъ частей войскъ, бывшихъ въ 40 и 50 годахъ въ крЂпости Орской и др. ближайшихъ степныхъ укрЂпленій. Архивъ былъ въ большомъ безпорядкЂ, такъ что мнЂ въ 1888 году пришлось приводить его въ порядокъ. Зная, что Та-/258/расъ Григор. былъ первоначально на службЂ въ ОрскЂ въ № 5 баталіонЂ, я сталъ просматривать дЂла съ цЂлью отыскать что нибудь, имЂющее біографическое значеніе. Хотя меня предупреждали, что все уже, что только было, вынуто изъ дЂлъ и отослано будто-бы въ Петербургъ по чьему-то требованію, но это меня нисколько не остановило. Впрочемъ, дЂйствительно я сталъ замЂчать, что нЂкоторыя бумаги, и повидимому относящіяся къ жизни поэта — вынуты изъ дЂлъ. Но мнЂ все таки попалось нЂсколько бумагъ, о которыхъ я и намЂренъ сообщить — быть можетъ это когда нибудь пригодится. Къ сожалЂнію изъ числа попавшихся мнЂ бумагъ я снялъ копію только съ одной, а остальныя такъ и оставилъ въ дЂлахъ безъ снятія копій: я думалъ, что все попадавшееся мнЂ уже извЂстно въ печати. Изъ числа оставшихся въ дЂлахъ бумагъ помню рапортъ баталіоннаго командира о томъ, что прибывшій на службу художникъ с.-петербургской академіи Т. Гр. Шевченко заявилъ, что въ Кіе†у губернатора остался принадлежащій ему портфель съ бумагами, рисунками и, кажется, палка, почему проситъ ходатайства о возвращеніи ихъ ему. На это оказался въ дЂлЂ отвЂтъ кіевскаго губернатора о томъ, что портфель и вещи Шевченка отосланы въ 3-е отдЂленіе канцеляріи Его Императорскаго Величества. Нашелся листъ, на которомъ Тарасъ Григорьевичъ, былъ приведенъ къ присягЂ. Листъ этотъ послЂ слова „аминь“ подписалъ „рядовой Тарасъ Григорьевъ сынъ Шевченко“, священникъ Павловскій и присутствовавшій подпоручикъ Ростопчинъ. Не помню только ни числа, ни года, когда была сдЂлана присяга. ЗатЂмъ нашлось распоряженіе командира отдЂльнаго оренбургскаго корпуса и.оренбургскаго военнаго губернатора, генерала отъ инфантеріи Обручева, отъ 27 апрЂля 1850 г. за № 52 на имя начальника 23 п. дивизіи, генерала Толмачева, — съ котораго снята мною копія.

Генералъ Обручевъ, въ дополненіе къ предписанію отъ 22 генваря и 9 февраля за №№ 292 и 507, даетъ знать, „что назначенный къ отправленію въ Ново-Петровское укрЂпленіе рядовой Шевченко, по встрЂтившимся обстоятельствамъ, отставляется отъ этой командировки“, и проситъ распоряженіе /259/ переводЂ его изъ оренбургскаго линейнаго № 4 по прежнему въ баталіонъ № 5 съ учрежденіемъ надъ нимъ строжайшаго надзора съ запрещеніемъ писать и рисовать, и чтобы отъ него ни подъ какимъ видомъ не могло выходить возмутительныхъ сочиненій, какъ было сообщено отъ 10 іюня 1847 г. за № 25. При чемъ далЂе говорится, что, рядовой этотъ, по моему распоряженію, содержится нынЂ въ здЂшней главной гауптвахтЂ, а потому объ отправленіи его въ баталіонъ послЂдуетъ въ свое время особое распоряженіе“. Генералъ Толмачевъ, начальникъ 23 п. дивизіи, сообщилъ объ этомъ командиру 1 бригады, генералу Федяеву, съ присовокупленіемъ, что Шевченко приказомъ по дивизіи 30 апрЂля за № 91 переведенъ изъ № 4 въ № 5. баталіонъ. Федяевъ въ свою очередь сообщилъ распоряженіе командиру № 5 баталіона, находившагося по прежнему въ кр. Орской.

Такъ какъ баталіонъ № 4 находился въ то время въ укрЂпленіи Раимскомъ, баталіонъ № 5 — въ орской крЂпости, а главная гауптвахта въ ОренбургЂ, то ясно, что весною 1850 года Шевченко былъ уже не въ ОрскЂ, а въ ОренбургЂ, откуда предполагалось отправить его въ Ново-петровское укрЂпленіе, находившееся на Аральскомъ морЂ. Такъ какъ командировки въ степныя укрЂпленія совершались однажды въ годъ, а именно весною, въ апрЂлЂ или маЂ мЂсяцЂ, то нужно полагать, что въ весну 1850 г. Тарасъ Григорьевичъ не былъ въ степи. — Подъ выраженіемъ упомянутаго распоряженія о томъ, что онъ содержится въ главной гауптвахтЂ, нужно подразумЂвать, что онъ въ то время находился подъ арестомъ и по этой причинЂ не могъ быть отправленъ къ № 5 баталіону въ Орскъ тотчасъ, а впредь до особаго распоряженія.

КромЂ этой бумаги, въ дЂлахъ попадались мнЂ списки нижнимъ чинамъ, отданнымъ въ военную службу по Высочайшему повелЂнію за политическія преступленія. Въ этихъ спискахъ значится и Т. Гр. Шевченко. Въ отмЂткахъ противъ него говорится, что онъ опредЂленъ на службу 23 іюня 1847 года въ № 5 оренбургскій линейный баталіонъ по Высочайшему повелЂнію, объявленному въ предписаніи корпуснаго командира /260/ отъ 10 іюня 1847 г. за № 25, изъ художниковъ с.-петербургской академіи „за сочиненіе на малороссійскомъ языкЂ возмутительнаго и самаго дерзкаго содержанія стиховъ“, съ правомъ выслуги. Другихъ важныхъ документальныхъ свЂдЂній о пребываніи Шевченка въ войскахъ не попадалось мнЂ, не смотря на то, что я чуть-ли не по листамъ пересмотрЂлъ многія дЂла. Если и были таковыя, то, какъ я уже говорилъ, они вынуты раньше по чьему то требованію изъ С.-Петербурга.

Въ бытность мою въ ОрскЂ мнЂ попалось одно стихотвореніе Шевченка, котораго, кажется, вовсе нЂтъ въ изданныхъ до сего времени сборникахъ стихотвореній поэта. Такъ какъ стихотвореніе я помню наизустъ, то и привожу его здЂсь цЂликомъ.


„Ой у саду, саду,

Гулялы кокошки,

Чернявая, билявая,

Дзюбатая трошки.

Хочъ я и дзюбата,

Таки-жъ бо я пышна,

Сватай мене, серце мое,

Я-бъ за тебе выйшла.

Я-бъ за тебе выйшла,

Я-бъ тебе любила,

Ой я тоби, що субботи,

Кучерики змыла.

Ой змыла-бъ я, змыла,

Та щеи й росчесала,

Ой я-бъ тебе, серце мое,

Ще-й поцилувала.


Стихотвореніе это было напечатано въ Оренбургскихъ Губернскихъ ВЂдомостяхъ за 1888 годъ 1).



1) Почта навЂрое можно сказать, что это стихотвореніе не принадлежитъ Шевченку, о чемъ мы подробнЂе скажемъ послЂ. — Ред.



Долженъ сказать, что въ этихъ вЂдомостяхъ часто попадаются корреспонденціи или фельетоны, сообщающіе о различныхъ обстоятельствахъ жизни Тараса Григорьевича въ этомъ краю. Сообщенія эти очевидно принадлежатъ по читателямъ таланта и личности поэта, пребывающимъ до настоящ. времени тамъ. Изъ числа этихъ свЂдЂній навЂрное найдутся очень важныя въ біографическомъ отношеніи. Поэтому желательно было-бы, чтобы составители полной біографіи знаменитаго нашего поэта не преминули воспользоваться всЂмъ тЂмъ матеріаломъ, который находится въ названныхъ вЂдомостяхъ, а быть можетъ и въ другихъ, напр. Ташкентскихъ. Людей, которые бы могли помочь въ чемъ нибудь существенномъ по собиранію біографическихъ свЂдЂній, въ г. ОрскЂ /261/ въ настоящее время нЂтъ. Сколько мнЂ извЂстно, свЂдЂнія о ШевченкЂ собиралъ инспекторъ городскаго училища въ ОрскЂ Иванъ Антоновичъ Романинъ, которыя онъ, вЂроятно, и помЂщаетъ въ губернскихъ вЂдомостяхъ, а также учитель того училища А. Михайловъ.

Между прочимъ, долженъ сказать, что память о ШевченкЂ, самая пріятная, сохранилась въ ОрскЂ до настоящаго времени, не смотря на то, что со времени пребыванія его прошло около 40 лЂтъ. ВстрЂчались тамъ мнЂ люди, которые, знакомясь со мною, при одномъ имени, что я малороссъ и прибылъ изъ Малороссіи, вспоминали Тараса Григоревича Шевченка и что онъ былъ сосланъ туда. Какъ тЂ немногіе, которые лично помнятъ Тараса Григорьевича, такъ и другіе, знающіе о немъ только по наслышкЂ отъ другихъ, но уже умершихъ или выЂхавшихъ изъ Орска людей, — восхваляли поэта, какъ веселаго, остроумнаго и добраго человЂка. Люди, которые лично помнятъ его, говорятъ о немъ съ глубокимъ одушевленіемъ и уваженіемъ. Однимъ словомъ, можно сказать, что память о поэтЂ надолго останется у жителей города Орска и вообще въ томъ краЂ. — Вотъ все, что я хотЂлъ сказать въ нЂсколькихъ словахъ о нашемъ высокочтимомъ поэтЂ.


Г. И. Даценко.







IV.

Письма Т. Г. Шевченка къ кн. В. Н. Репниной.

[Див. відповідні видання на сайті.]





[Несколько новых материалов для биографии Т. Г. Шевченко: I. От редакции. II. Косарев Е. Извлечение из дел и памяти: нечто о Тарасе Григорьевиче Шевченко, с 1846 по 1857 год включительно. III. Даценко Г. П. Несколько слов о Тарасе Григорьевиче Шевченко // Киевская старина. — 1893. — Т. 40. — № 2. — С. 240-261.]













© Сканування та обробка: Максим, «Ізборник» (http://litopys.kiev.ua/)
17.VI.2009








  ‹‹     Головна


Вибрана сторінка

Арістотель:   Призначення держави в людському житті постає в досягненні (за допомогою законів) доброчесного життя, умови й забезпечення людського щастя. Останнє ж можливе лише в умовах громади. Адже тільки в суспільстві люди можуть формуватися, виховуватися як моральні істоти. Арістотель визначає людину як суспільну істоту, яка наділена розумом. Проте необхідне виховання людини можливе лише в справедливій державі, де наявність добрих законів та їх дотримування удосконалюють людину й сприяють розвитку в ній шляхетних задатків.   ( Арістотель )



Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть мишкою ціле слово та натисніть Ctrl+Enter.