Попередня       Головна       Наступна





ДЕВГЕНІЄВЕ ДІЯННЯ



ДЕЯНИЕ ПРЕЖНИХЪ ВРЕМЕНЪ И ХРАБРЫХЪ ЧЕЛОВЂКЪ. О ДЕРЗОСТИ И О ХРАБРОСТИ И О БОДРОСТИ ПРЕКРАСНОГО ДЕВГЕНИЯ


БЂ нЂкая вдова царска роду и предала себя ко спасению, от церкви николиже отхождаше. И бысть у нея три сыны велелЂпны и велеозарны, молитвою же матери своея дЂюще храбрость о дЂлех своих. У той же въдовы бысть дщерь велелЂпна и велеозарна красотою лица своего. И услыша о красотЂ дЂвицы тоя Амир, царь Аравитские земли, и собра войска своего множество много и поиде пакости творити в Греческой землЂ, для ради красоты дЂвицы тоя. И прииде в домъ вдовы тоя и восхитив прекрасную дЂвицу Амир царь мудростию своею и невидимъ бысть никимже въ Греческой землЂ, но токмо видЂ единая жена стара дому того; а мати ея в то время бысть у церкви божии, а сынове во иной странЂ на ловле.

И прииде же вдова та от церкви божии, и не обрЂте прекрасной своей дщери, и нача вопрошати в дому своем от раб своих и рабынь о прекрасной своей дщери, и рекоша ей вси рабы дому ея: «Не вЂдаем, госпожа, дщери твоей прекрасной». Но токмо едина жена стара дому того видЂла и сказала госпоже своей вдовЂ: «Прииде, госпожа, Аравитцкие земли Амир царь, и исхитив дщерь твою, а нашу госпожу, мудростию своею, и невидимъ бысть въ земли нашей».

И слышав же то вдова от рабы своея и нача терзати власы главы своея и лице, и нача плакати о прекрасной своей дщери и рече: «Увы мнЂ, окаянной вдовице, аще бы были чада моя дома, да, шедъ бы, угонили Амира царя и отняли бы сестру свою». По малЂ же времяни приидоша в домъ чада ея и видЂвше плачь матери своея, и начаша вопрошати матери своея: «Скажи намъ, мати наша, кто тя обидил, царь ли или князь града сего? Токмо нас не будетъ в животЂ, то же ты обидима будешь».

Рече жь имъ мати их: «Чада моя милая, никимже не обижена града сего, развЂе имЂли есте у ся вы едину сестру, и та нынЂ исхищена руками Амира, царя Аравитцкие земли; и урва ми сердечное корение и унзе мя, яко бездушную трость. А нынЂ заклинаю вы, чада моя возлюбленная, да не преслушати вамъ заповЂди моея: идите вы, и угоните Амира царя и отоймите сестрицу свою прекрасную. Аще сестры своея не возмете, и вы и сами тамо главы своя положите за сестрицу свою, и я оплачу всех вас, яко безчадна есмь». И рекоша же сынове ея: «Мати наша милая, не скорби ты о томъ, дай нам благословение свое и молитъву; вскорЂ скрыемъ путь свой».

И препоясаша на себя оружия своя и вседоша на кони своя, и поЂхаша, яко златокрылатые ястребы, кони же подъ ними яко летаху. И доЂхаша сумежья срацынския земли и срЂтоша нЂкоего срацынина, стража бдуща, и начаша братаничи вопрошати его: «ПовЂжьдь нам, братии, колко до жилища вашего Амира царя?» Срацыненин же изовлече мечь свой и течаше на них дерзостно, а чающе, яко беглецы суть, а не вЂдая их дерзости. Скочив же ихъ меншей братъ и ухватив же срацынина за горло, и примча его ко братии своей, и хотяше его убити. Рече же болшый братъ: «Братия моя милая, чЂмъ намъ о срацыненина мечь свой сквернить, и мы осквернимъ о самого Амира царя, той бо есть намъ виненъ». А сего срацыненина привезаша на горЂ у древа, а сами поЂхаша путемъ тЂмъ, и срЂтоша иных многих стражей Амира царя от великия рЂки, рекомыя Багряницы; бяше же их числомъ 3000. ВидЂша же братия великую стражу Амира царя, и рече же имъ болшый братъ: «Братия моя милая! Во единомъ ли мЂсте намъ Ђхать на стражу Амира царя?» И рече середний братъ: «Братия моя милая! То есть стража великая Амира царя, и мы разделимъся натрое». Болшый братъ поЂде съ правыя руки, середний в болшый полкъ, а меншый съ лЂвую руку, и поскочиша на Амировых стражей, и начаша их бити, яко добрые косцы траву косити: овиих изсекоша, а овиих связаша и приведоша их на гору высоку, и гнаша их передъ собою, яко добрый пастухъ овца, и пригнаша их на гору и побиша. Токмо тремъ мужемъ животъ даша провожения ради ко Амиру царю. И начаша ихъ вопрошати: «ПовЂждьте намъ, срацыняне, во градЂ ли вашъ Амир царь пребываетъ или внЂ града?» ОтвЂщав же имъ срацыняне: «Господие три братие! Амир царь нашъ внЂ града пребываетъ, за семь поприщь от града, и под тЂмъ градомъ многие шатры у него стоятъ, а въ шатер во един многия тысячи вмещаются силныхъ и храбрых кметей: един на сто напустить». И рекоша же братаничи: «Братия срацыняне! Аще ли бы мы не боялися бога, давно бы вас смерти предали, но вопрошаемъ вас: повЂждьте намъ, каков шатер Амира царя вашего?» Рекоша же им срацыня: «Амира царя шатеръ черлен, а по подолу зелен, а по шатру златомъ и сребромъ и жемчюгомъ укаченъ и драгимъ камениемъ украшенъ; а у брата его шатер синь, а по подолу зеленъ, а по шатру такоже златомъ и сребромъ украшен, а иные разные многия шатры стоятъ, а в них пребываютъ многия кмети, а емлютъ у царя прибытку на годъ по 1000 и по 2000, силнии и храбрии суть: един на сто человЂкъ наЂдетъ». Братаничи же отпустиша тЂхъ срацын трех ко Амиру царю своему. И рекоша им: «Отнесите словом вести ко Амиру царю, да не рекъ бы он такъ Амир царь, что мы приидоша к нему татемъ». И рече срацыняномъ братаничи: «Поидите вы восвояси». Срацыняне же ради бысть отпущению ихъ, сказаша царю своему.

Слышав же то Амир царь и ужастенъ бысть, и призвав кметевъ своих и рече имъ: «Братия моя, силнии кмети! ВидЂх я ночесь сон, яко ястребы три биюще мя крилы своими и едва не предложиша на тЂле моемъ ранъ; занеже братаничи сии приидутъ, а начнутъ прю творити». В то жь время приЂхаша братаничи к шатру Амира царя и начаша кликати Амира царя: «Царю, поиди вон из шатра, повЂжьдь намъ, Амиръ царь. что еси не умЂешь на пути стражей ставити; мы же к шатру твоему приЂхаша безо всякия оборони, а нынЂ повЂждь намъ ... пришед и исхитил еси сестру нашу татьбою. Аще бы мы в тЂ поры были дома, то не могъ бы ты убЂжати с сестрою нашею, но злою бы ты смертию умер, но и вся бы земля твоя от нас в работе была. А нынЂ повЂждь намъ, гдЂ сестрица наша?»

ОтвЂщав же Амир царь: «Братия моя милая! Видите гору ону велику и прекрасну: тамо бо посЂчены многия жены и прекрасныя дЂвицы. Тамо же и сестра ваша посЂчена, занеже она не сотворила воли моея». И рекоша же царю братаничи: «Зло ти от нас будетъ!» И поидоша она на тое гору искати сестры своея, мертвого тЂла ея, и видЂша на горЂ многия жены и прекрасныя дЂвицы посЂчены. И начаша же сестры своея тЂла искати, и обрЂтше едину дЂвицу прекрасну зЂло, и начаша по ней слезы испущати, чающе, яко сестра ихъ. Рече же имъ меншый братъ: «Братие! НЂсть сестры нашей, то есть не наша». И сЂдша братаничи на кони своя, и вопияше пЂснь анггелскую велегласно ко господу: «Благословен господь богъ нашь, научая руцЂ мои на ополчение и на бран». И рече они между собою: «Попомнимъ, братие, слово и приказъ матери своея: днемъ ся родили, днемъ ся мы и скончаемъ по повелЂнию матери своея и главы своя положимъ за сестрицу свою». И прискочиша к шатру Амира царя, и шатер его на копья своя подняша.

И рече же им Амир царь: «Братия моя милая! ОтъЂдите вы прочь от шатра сего и измечите вы меж собою жребий, кому от вас со мною выиметца жребий битися; аще мя преодолЂете, то и сестру свою возмете; аще азъ вас преодолЂю, и мнЂ годно вас всЂх посЂщы». Братаничи же отъЂхаша от шатра его и начаша метати жребия, и вергоша жребия впервыя, и выняся жребий меншему брату на брань Ђхати. Братия жь въвергоша въ другой рядъ жребия, што не меншему Ђхать битися противъ Амира царя, понеже силен есть; и в другой рядъ выняся жребий меншему жь брату битися. Они же вергоша жребий и въ третей рядъ: выняся меншему жь брату на брань Ђхать битися со царемъ Амиром, занежь они съ сестрою из единыя матерни утробы въмЂсте шли и во един день рожения их.

И начаша братаничи меншово брата крутити; а гдЂ стоятъ братаничи, и на томъ мЂсте аки солнце сияетъ; а гдЂ Амира царя крутятъ, и тамъ нЂсть свЂта, аки тма темно. Братия же анггелскую пЂснь ко богу возсылающе: «Владыко, не поддай создания своего в поругание поганымъ, да не возрадуютца погании, оскверня крестьянскую дЂвицу». И сЂдшы же они на кони своя и съЂхася они вмЂсте со Амиромъ царемъ, и начаша ся сЂщы саблями и ударишася межь собою копьями. Видиша же то срацыняне и многия кмети дерзость меншого брата и рекоша Амиру царю своему: «Великий господине, Амире царю! Отдай имъ сестру их и приими миръ от них, се бо единъ меншый братъ их крЂпость твою побЂждает; аще совокупятца вси три во едино мЂсто, то вся земля наша от них в работЂ будетъ». Меншы их братъ заЂде созади Амира царя и удари его межь плечь и долу его с коня сверже, и ухватив же его за власы и примча его ко братии своей. И рекоша ... вси срацыняне велегласно Амиру царю: «Отдай, Амире царю, сестру их имъ, да тя не погубятъ до остатку». Рече же имъ Амир царь: «Помилуйте мя, братия милая, днесь крещуся во святое крещение, любве ради дЂвицы тоя, да буду язъ вамъ зять».

Рекоша же братаничи: «Брате Амире царю! Власть имамъ посЂщы тя и власть имамъ пустити тя. Как намъ за холопа выдать сестру свою? А нынЂ повЂждъ намъ: гдЂ сестра наша?». Рече же имъ Амир царь слезно: «Братия! Видите оно ... полЂ прекрасно: тамо стоятъ многия шатры, а в них сЂдит сестра ваша; а гдЂ сестра ваша ходит, и тут изослано поволоками златыми, а лице ея покрыто драгимъ магнитомъ, а стражие ея стрежаху далече от шатров». Слышав же то, братия радостьни быша и поскочиша к шатру ея и прискочиша; стражие же не рекоша имъ ничегоже, а чающе, яко приходцы суть, а не чающе, яко братия ея. И приидоша же братия к шатру, и внидоша в шатер к сестрЂ своей, и обрЂтше же сестру свою на златЂ стуле сЂдящу, и лице ея покровенно драгимъ магнитомъ. Начаша же братаничи вопрошати слезно: «ПовЂждь намъ, сестрица, дерзость Амира царя, аще к тебЂ прикоснулся единомъ словомъ, то отымем же главу его и отвеземъ въ Греческую землю, да потомъ не будетъ похвалятися, осквернивъ крестьянскую дЂву». ... Рече же дЂвица ко братии: «Никакоже, братия, не имЂйте никакова о мнЂ во умЂ своемъ. Коли я исхищена Амиромъ царемъ, и тогда было при мнЂ 12 кормилицъ, а нынЂ боюсь поношения отъ людей и от своих сродницъ, занеже бысть полоненица. И азъ повЂдала Амиру царю дерзость вашу, и Амир царь всегда ко мнЂ приЂжьжаше единою мЂсяцомъ и издалеча на меня смотряше; лице мое повелЂ сродичемъ своимъ скрывати, а въ шатеръ никто николиже вхождаше; а нынЂ, братия моя милая, хощу к вамъ глаголати, да прежь хощу вас заклинати молитвою матери нашея — да не преслушати вамъ заповЂди моея. Аще толко отвержетца Амир царь правдою вЂры своея, и днесь креститьца во святое крещение, и иного вамъ зятя таковаго не обрЂсти, занеже славою славен и силою силен и мудростию мудръ и богатествомъ богатъ». Рекоша же братия къ сестрЂ своей: «Совокупитъ васъ матерня молитва со Амиромъ царемъ».

В то жь время Амир царь собра триста верблюдъ и наполни на них драгаго злата аравитцкаго и дал братаничамъ в даровях, любви ради дЂвицы тоя, и рече ... Амир царь ко братаничемъ: «Помилуйте мя, братия моя, отвергусь я вЂры своея и днесь крещуся во святое крещение, любве ради дЂвицы тоя, да буду вамъ зять». И рекоша братаничи Амиру царю: «Аще хощешы быти намъ зять, и ты отвергися вЂры своея поганыя, любве ради сестры нашея; днесь крестися во святое крещение и поЂди к намъ в Греческую землю, по любимой своея дЂвицы». И рече же имъ Амиръ царь: «Братия моя милая! Не дамся аз в сраме, да не рекутъ греченя, яко, полонив зятя, в домъ свой ведутъ. Нарекуся аз вамъ зять съ великою честию. Хощу прежь Ђхать и изобрать велблюды со всей земли и наполнити на них богатества, и хощу изобрати силные кмети, а хто хощетъ со мною итить во святое крещение; и прииду къ вамъ въ Греческую землю и нарекуся вамъ зять и буду славенъ и богатъ. А вы коней своих не томите, подожьдите мя на дороге». Братия же вземше сестру свою и поЂхаша путемъ своим.

А Амир царь, приЂхав к матери своей и к брату своему, и нача имъ прелестию глаголати, да чтобы его не уняли. И рече матери своей: «Мати моя милая! Что ходих в Греческую землю и полоних себЂ любимую дЂвицу, и приидоша во слЂдъ ко мнЂ братия ея и начаша со мною битися. И единъ отъ них, меншы братъ, крЂпость мою побЂдилъ. Аще бы совокупилися всЂ три брата во единое мЂсто, то и вся бы земля наша отъ нихъ въ работЂ была». Рече же мати ко Амиру царю, сыну своему, гнЂвно и власы главы своея нача терзати и лице свое, и рече ему: «На што нарекаешься царемъ и силный кметь у себя имЂешы, прибытку емлютъ по 1000 и по 2; и ты иди нынЂ и совокупи войска своего, и иди въ Греческую землю и побЂди братию, и любимую дЂвицу приведи ко мнЂ». Амир же рече к матери своей прелестию: «Мати моя, азъ хощу то жь сотворить, собрати воя своя много и идти пакости творить в Греческую землю». И рече братъ Амиру царю: «Поидемъ, брате, вскоре, собравъ войско свое, да не допустимъ братию с любимою дЂвицею во градъ». И рече Амир царь ко брату своему: «Сяди ты, брате, на престолЂ моемъ, а язъ единъ хощу Ђхати пакости творити въ Греческой земле». В то же время Амиръ царь посади брата своего на престолЂ своемъ, и самъ собра войска много, и собра богатества и веръблюды со всей земли и наполни на них драгаго злата аравитцъкаго и камения драгаго многоцЂнного. ВидЂв же то срацыняне, яко на рать не ходятъ тако, а не глаголаше ему ничего.

Доиде же Амир царь до сумежия Греческия земли, и рече Амир царь ко аравитяномъ: «Братия моя милая, силнии и храбрии аравитяне! Хто хощетъ со мною дерзость творити, той поди со мною в Греческую землю пакости творити». И рече от них един аравитянин, во устЂх имЂя у себя дванадесять замковъ, и рече велегласно ко Амиру царю: «Великий государь, Амире царю! Приидоша отъ Греческия земли въ нашу Срацынскую землю три юноши, и един от них крЂпость твою побЂди; аще бы въсЂ были три совокупилися во едино мЂсто, то бы и земля наша от них вся въ работе была; а нынЂ ты хочешь итить въ Греческую землю, то они нас и до остатку всЂхъ погубятъ». Амир же царь, отпустив богатество, наполненныя казны верблюды вперед в Греческую землю, и взяв немного кметей своих и поиде в Греческую землю.

Братанича же не доидоша Греческаго града за пятдесятъ поприщь и сташа на поле; сестра же ихъ начат имъ молитися: «Братия моя милая! Не введите мя в срамъ великий от человЂкъ и от своих сродникъ, занеже азъ исхищена была рукама Амира царя; подождите зятя своего нареченного Амира царя». По мале же времяни приидоша къ нимъ Амиръ царь со всЂмъ богатествомъ и съ верблюды, наполненныя златомъ и сребромъ. И рече Амир царь: «Слава богу, благодЂющему мнЂ, яко сподобил мя богъ братию в очи видЂти». И рекоша братия ко Амиру царю: «Рабе Христове, буди ты намъ зять». Два же брата, болшый и середней, с сестрою своею поЂхаша во градъ нощию, народа ради, и внидоша в домъ матери своея и видЂвъ же матерь два сына и дщерь свою и рече имъ слезно: «Сестрицу вы свою добыли, а братца изгубили есте!». И рече ей сынове ея: «Радуйся, мати, и веселися, братъ нашь меншый пребывает зъ зятемъ нашимъ нареченнымъ, со Амиромъ царемъ, а нынЂ ты, мати, доспевай бракъ великъ, занежь есми добыли зятя — славою славенъ и силою силенъ и богатеством богатъ, а нынЂ намъ ево въвести во святое крещение».

И вземше патриарха града того со всЂмъ соборомъ и приидоша на Ефрантъ реку и сотвориша купЂль. И выидоша изъ града множество народа. ВидЂвше же то братаничи истомна Амира царя отъ народа, братаничи же повелЂ Амира царя вскоре крестити во имя святаго духа, и крести его самъ патриархъ, а отецъ былъ крестной царь града того. И поидоша в домъ матери своея и сотвориша бракъ великъ, преславенъ зело, и сотвориша свадбу по 3 мЂсяцы. И потомъ Амир царь сотвори себЂ особый дворъ и полаты и жити нача с своею любимою дЂвицею.

По том же времяни услыша мати Амира царя, что он крестися и отвергъся вЂры своея, любве ради девицы тоя, и нача терзати власы главы своея, и собра войска своего много множество и рече имъ: «Кто имЂетъ дерзость внити в Греческую землю къ господину своему Амиру царю и извести его изъ Греческия земли с любимою дЂвицею его?» И рекоша жь ей три срацыняне: «Мы, госпоже, идемъ въ Греческую землю и отнесемъ ... какъ книги ко господину своему, царю Амиру». И она же имъ даша много златницъ и даша имъ три кони: конь, рекомый ВЂтреница, вторый — Громъ, третий — Молния: «Аще внидете в Греческую землю и увидите господина своего Амира царя, и изведите его из Греческия земли, и сядете на ВЂтреницу, и вы невидими будете никимъже. Аще внидите в Срачинскую землю с господиномъ своимъ Амиромъ царемъ и со девицею его любимою, и сядите вы на Громъконь, и тогда услышат все аравитии Срацынские земли. Аще сядете на Молнию, и невидими будете въ Греческой землЂ».

Срацыняне же взяша три коня и книги ко Амиру царю, и поЂхаша путемъ своим, и приЂхаша под градъ Греческий, и сташа вне града въ сокровенномъ мЂсте, и вседоша на Молнию, и невидимъ бысть въ Греческой землЂ.

Тоя же нощы царица Амира царя, прекрасная царица дЂвица, видЂша сонъ и ужасна бысть и повЂдаша братиямъ своимъ: «Братия моя милая, видЂла я сон: въ нЂкое время влетЂша в полату мою златокрылатый соколъ и ятъ мя за руку и изнесе из полаты моея, и потомъ прилетЂша три враны и напустиша на сокола, и сокол мя опусти».

Братия же собравше во граде вся волхвы и книжницы и фарисеи, и повЂдаша сонъ сестры своея, и волхвы же рекоша братиямъ: «Госпожу нашу, прекрасную дЂвицу, зять вашъ новокрещенный Амир царь, по повелЂнию матери своея, хощеть исхитить ис полаты и бежати въ Срацынскую землю и с любимою сестрицею вашею; а три врана — то суть три срацынянина, стоятъ за градомъ в сокровенномъ мЂсте, прислани суть ко Амиру царю от матери з грамотами».

Братия жь пришед ко Амиру царю и начаша его вопрошати и обличать. Он же кленяся имъ живымъ богомъ, и вземъ же они Амира царя и поЂхаша с нимъ за город с книжниками и с фарисеями, и обрЂтоша за градомъ три срацынянена, и они же изымаша их и начаша вопрошати. И они же им сказаша всю тайну, и взяв ихъ во градъ и крестиша их во святое крещение, и начаша жить у Амира царя, а кони их вземъ Амир царь и роздалъ братаничемъ, шурьямъ своимъ.

И потомъ книжницы начаша проповЂдывати о рождении ДевгениевЂ, и потомъ царица Амира царя прия плодъ во утробЂ своей, мужеска полу, и родитъ сына, и нарекоша имя ему Акрит. И въвергоша его въ божественное крещение и нарекоша имя ему «Прекрасный Девгеней», а крестиша его самъ патриархъ, а мати крестная — царица града того. И бысть во градЂ томъ два царя да четыре царевича. И потомъ воспиташе Девгения царевича до 10 лЂтъ.





ЖИТИЕ ДЕВГЕНИЯ


Преславный ДЂвгений на 12 лЂто мечемъ играше, а на 13 лЂто копиемь, а на 14 лето покушашеся вся звЂри побЂдити и начатъ прилежно нудити отца своего и стрыевъ: «Поидите со мною на ловы». И рече ему отецъ: «Еще еси, сыну мой, младъ, о ловехъ не молви, понеже жаль ми тебЂ, млада, нудити». И рече Девгений отцу своему: «Тем, отче, не пуди менЂ, понеже имамъ упование на сотворшаго бога, яко нЂсть ми нуды в томъ, но великое утЂшение».

И то слово слышавъ отецъ юноши, яко такъ глаголетъ юноша, и совокупи вся вои и град весь и рад бысть с нимъ ехать на ловъ. И мнози идяху из града того на ловы за нимъ, зане слышаху Девгениеву дерзность. И вышедше из града на ловы, отецъ его ловитъ зайцы и лисицы, и стры его ловят, а Девгени имъ смеяшеся, и в пустыню вниде, и сниде с коня, яко соколъ млады, на божию силу надеясь.

И два медведя по тростию хождаше, и с ними дети ихъ бысть. И очюти медведица юношу, противъ ему поскочи и хотяше его пожрети. Юноша же еще не ученъ, како звЂри бити, и поскочи вборзе переди ея, похвати и согну ея лактями, и все, еже бЂ во чреве ея, выде из нея, борзо мертва бысть в руку. Други медведь бежаше во глубину тростия того.

И кликну его стрый к нему: «Чадо, стерегись, доколе не скочитъ на тебЂ медведь». И Девгений радостенъ бысть и поверже свою рогвицу на месте, на немже стояше, яко скоры соколъ медведя наскочи. И медведь к нему возвратись, разверзь уста своя, хотя его пожрети. Юноша же борзо скочи, и ухвати его за главу, и оторва ему главу, и вборзе умре в руку его. От рыкания жъ медведя того и от гласа юноши голкъ великъ побЂже,

И Амира царь к сыну кликну: «Девгений, сыну мой, стерегись, понеже лось бЂжитъ велми великъ, тебе же укрытися негде». То слышавъ, Девгений поскочи, яко левъ, и догнавъ лося, похвати его за задние ноги, надвое раздра.

«О чюдо преславно божиимъ дарованиемъ! Кто сему не дивится? Какова дерзность явись млада отрочати, кто лося догна быстрее лва? От бога ему надо всемъ силу имЂти. Како побЂди медведи безъ оружия! О чюдо преславно! Видимъ юноши 14 летъ возрастомъ суща, но не от простыхъ людей, но от бога есть созданъ». Но глаголаше межъ собою, и абие зверъ, лютъ зЂло, из болота выиде, из того же тростия. И узреста юношу, и часто глядаху, дабы не вредилъ юноши. Девгений же влечаше лосову главу в правой руке и два медведя убитие, на левой руке — раздраны лось. И стрый рече ему: «Приди, чадо, сЂмо и мертвая та поверги. Зде суть ины живы звер, понеже то есть не лось раздрати надвое, то люты левъ, с великою обороною итти к нему». Отвещаша юноша: «Господине стрыю! Надеюсь на творца и на его величие божие и молитву матерню, яжь мя породи». И то слово Девгений рече ко стрыю, прииде и восхити мечь свой вборзе и противу звери поиде. Звер же обрелъ юношу к себЂ идущу и начатъ рыкати, и хвостомъ своя ребра бити, и челюсти своя разнемъ на юношу, и поскочи. Девгени жъ удари его мечемъ во главу и пресече его на полы.

И начатъ отецъ его ко стрыю глаголати: «Виждь, стрыю, величия божия, како рассечень бысть левъ, якоже и прежни лось». И борзо поскочиста отецъ со стрыями и начаста целовати его во усто, и очи, и руце, и глаголаху к нему вси: «Видеще, господине, твоего велегласнаго возраста, и красоты, и храбръства, кто не подивится?» Бе бо юноша возрастомъ велми лепъ паче меры, а власы имуще кудрявы и очи вели гораздны. На нь зрети — лице же его, яко снегъ, и румяно, яко червецъ, брови же черны имяше, перси жъ его сажени шире. Видев же отецъ юношу велми красна, радовашесь и глагола к нему: «Чадо мое милое, преславни Девгений, зной золъ и великъ в полудни бысть. Всяки зверь сохранился бяше в пустолесие. Пойдемъ, чадо, к студеному источнику, измыеши бо лице свое от многаго пота и во ины порты облечешися, а рудныя с себЂ снимеши, понеже от зверинаго пота, и медвежи капани, и лютаго зверя крови порты на тебе орудишась. Измыю твои руце и нозЂ и самъ азъ».

Во источницЂ бо томъ свети, а вода яко свеща светится. И не смеяше бо к воде той от храбрыхъ приитъти никто, понеже бяху мнози чюдеса: в воде той змей великъ живяше.

И пришедши имъ ко источнику, и седоша около Девгения, и начаша мыти лице его и руце. Онъ же рече: «Руце мои умываете, а еще имъ калатися». И того слова юноша не скончавъ, абие змей великъ прилете ко источнику, яко человЂкъ явись троеглавой, и хотяше людей пожрети. И узре Девгений, и вборзе мечь свой похвати, и противо змия поиде, и 3 главы ему отсече, и начатъ руки умывати. И вси предстоящи почюдишася такой дерзости, юже юноша показа на лютомъ звери, и начаша хвалу богу воздавати: «О чюдо велие! О вседержителю владыко, создавы человЂка и велику силу давъ ему надо всеми силными и дивно храбрыми, показалъ человЂки сильнее ихъ».

И начаша юношу прилежно целовати и ризы с него совлекоша. Исподни жъ быша хлада ради, и верхни бяху червлены, сухимъ златомъ тканы, и предрукавие драгимъ жемчюгомъ сажены, а наколенники его бяху драгая паволока, а сапоги его вси златы, сажены драгимъ жемчюгомъ и камениемъ магнитомъ. Острози его виты златомъ со измарагдом камениемъ.

И повеле юноша борзо ко граду погнати, да мати его не печалуетъ по немъ. И приидоша в домы своя вси и начаша веселитись, и радостно пребываша. Паче всехъ Девгениева мати веселяшеся, занеже породи сына славнаго и велегласнаго и краснаго.

Бысть же Девгениевъ конь бЂлъ, яко голубь, грива же у него плетена драгимъ камениемъ, и среди камения звонцы златы. И от умножения звонцовъ и от каменей драгихъ велелюбезны гласъ исхождаше на издивление всЂмъ. На лядвияхъ коневых драгою паволокою покрыто летняго ради праха, а узда его бысть златомъ кована со измарагдомъ и камениемъ. Кон же его бысть борзъ и гораздъ играти, а юноша храбръ бысть и хитръ на немъ сидети. И то видя, чюдишася, како фарь под нимъ скакаше, а онъ велми на немъ крепко сЂдяще и всяческимъ оружиемъ играше и храбро скакаше.

Богу нашему слава, ныне и присно и во вЂки вЂковъ. Аминь.





О СВАДЬБЕ ДЕВГЕЕВЕ И О ВСЪХЫЩЕНИИ СТРАТИГОВНЫ


Преславны же Девгени взя молитву у отца своего и у матери своей, и совокупи воя немного, и взя с собою драгоценые порты и звончатые гусли, и всяде на конь свой борзы фарь, и поиде ко Стратигу.

И доиде сумежия Стратиговы земли. И не доиде до града за пять поприщ, и устави войско свое, и повеле им около себя стражу поставити и крепко имети, а сам поеде ко граду Стратигову. И приеде во грат, во врата града Стратигова, и встрете юношу Стратигова двора, и вопроша его о Стратиге и о сынех его и самой Стратиговне.

Отвещав же ему юноша: «Нет господина нашего Стратига царя дома, но в ыной стране ловы деюша и с четырми сыны своими. И о Стратиговне вопрошаеши, ино, господине, несть таковыя прекрасныя на свете сем. Мнози суть приежали, а никто в очи ея не видал, занеже Стратиг храбер и силен, и сынове и прочие войско ево, один на сто наидет, а сама Стратиговна мужескую дерзость имеет, иному некому подобна суть, разве тебе».

Слышав же Девгени радостен бысть, занеже суть указана ему и написано: прикоснется Стратиговне и жития сего 36 лет. И поеде же Девгений градом Стратиговым и приеде ко твору Стратигову, и нача взирати на твор Стратигов.

Видев же Стратиговна и приниче ко окну, а сама не показася, Девгени же и вспятъ возвратяся, взирающе на дворъ. И тогда девая видевше и подивися.

Бе бо время преминуло на нощъ, а Девгени поиде во своя шатры, взя с собою юношу того, любовь велику до него имея, совлЂщи повеле с него порты худыя и облещи в драгия, и сотвори радость велику в ту нощь со своими милостивники. А за утра воста рано и повеле своей дружине имети у себЂ сторожу и рече имъ: «Разделитеся на многия пути и другъ друга стерегите. Аще к вамъ приидетъ Стратигъ, азъ же не приготовлюсь, и начнетъ вамъ пакости творити со многих странъ, и бЂйтеся с нимъ не ужасно, донележе азъ не приспею».

То слово изрекъ, и облечеся во многоценныя ризы. и повеле взяти гусли со златыми струнами, и повеле приняти юношу новоприятаго, и поехал самъ четвертъ ко двору Стратигову, и взя гусли, начатъ играти и пети, понеже дана ему божия помощь, иже имеетъ всегда на себе. Всегда ему доспеется, а прекрасной дЂвице Стратиговне исхищенной быти от Девгения, сына Амиро царя.

И слышавши того гласа дЂва и прекраснаго игряния, бысть ужасна и трепетна, к оконъцу приниче и узре Девгения самого четверта мимо двор едуща. И вселися в ню любовь. И начатъ звати кормилицу и рече ей: «Какъ юноша мимо дворъ еха и умъ ми исхити! И ныне молю ти съ всемъ сердцемъ прилежно: Иди и глаголи к нему предварити». И когда возвратися юноша, и виде кормилица и рече к нему: «Кою дерзость имаши и что есть тЂбЂ орудие к сему дому? Но не смеетъ птица пролетети мимо двора сего:

от моей госпожи мнози главы своя положиша». И отвеща Девгений: «Кто тя посла глаголати мнЂ?» И рече ему: «Мене посла госпожа моя, прекрасная Стратиговна, жалуючи юность твою, да быша тебЂ не вредили». Глагола к ней: «Молви госпоже своей: тако рек Девгений — вборзе приклони лице свое ко оконцу и покажи образа своего велелепного, и тогда уведаешь, чего ради ... Аще ли того не сотворишь, не имаши живота имети себЂ и въси твои родители». И услышавъ, дЂвица Стратиговна ко оконцу скоро припаде и начатъ глаголати к Девгению: «Свете светозарны, о прекрасное солнце! Жаль ми тЂбЂ, господине, аще моей ради любьве хощеши ся погубити, зане ини мнози мене ради главы своя положиша, а не видевъ, ни глаголавъ со мною. А ты кто еси, показавъ велию дерзость? Отецъ мой велми храбръ, и братия моя силни суть, а у отца моего мужие — единъ от нихъ на 100 наедетъ. А ты имаши мало с собою вой». Глагола Девгений къ дЂвице: «Аще бы я бога не боялся, смерти бы предал тя. Даждь ми ответъ вскоре, что имаши на уме: хощеши ли слыти Девгениева Акрита жена или требуеши ему быти раба полоненна?»

Слышав же то, дЂва слезно отвеща ему: «Аще имаши любовь ко мнЂ велию, то ныне мя исхыти, яко отца моего дома нет, ни силной моей братии. Или чему ти исхититЂ менЂ: аз сама еду с тобою, токмо в мужескую одежду облецы мя, зане имамъ мужескую дерзость. Аще путем мя нагонятъ, то сама оборонюсь. Мнози бо предо мною не успеютъ ничтоже сотворити».

И то слышав, Девгений радостен бысть и рече к дЂвице: «Несть на сердце тако, якоже ты глаголеши, понеже ми есть в томъ срамъ от отца твоего и от братии твоей. Начнут глаголати: татъбою приехавъ, Девгений дЂвицу от нас исхыти. Но сице ти глаголю: повеленное мое сотвори. Когда приидетъ отецъ твой и братия твоя, скажи имъ исхищение свое». И рече ей: «Выди пред врата».

И поклонися Девгению, и приятъ Девгений единою рукою, и посади ю на гриве у коня, и начат ю любезно целовати, и ссади ю с коня своего. ДЂвица же не хотяше отлучитися от него, и рече Девгений: «Возвратися и сотвори, якоже ти рекохъ: до отца твоего пришествия ожидай и менЂ к себЂ, пристроившесь, стани внЂ храма пред сеньми».

И тако рекъ, поцелова ю и поиде от нея. И пусти во градъ юношу, егоже взятъ пред градомъ, и приказа ему с вестью быти, какъ приедетъ Стратигъ. То слово рекъ, а самъ поиде к шатру своему и сотвори радость велию з дружиною своею.

И абие Стратигь с лову приехавъ, а юноша к Девгению с вестью приспе, и рече Девгению: «Стратигъ приеха». И повеле Девгений фара своего борзаго седлати, а самъ облечесь во многоценныя ризы и поеха на полубице инаходомъ, а фара борзого повеле пред собою вести. И приехавъ во градъ, вседе на фаръ свой, милостивники пусти пред градомъ, а самъ взятъ копие и ко двору Стратигову приеха.

Она жъ дЂва начатъ поведати отцу своему, еже ей повеле Девгений. И рече Стратиг: «Ту думу думали мнози храбри, и не збытся». И то слово изрече Стратигъ, а славны Девгений приспе. И услышавъ дЂвица громъ фара и глас златыхъ звонцовъ II скочи борзо пред сени, где ей Девгений повеле.

А Девгений ударивъ во врата копиемъ, и врата распадошась, и въехавъ на дворъ, и начатъ велегласно кликати, Стратига вонъ зовы и силныя его сыны, дабы видели сестры своея исхищение. Слуги же Стратига зовяху и поведа ему, какову Девгений дерзость показа, на дворе стоя без боязни, Стратига вонъ зовы.

И слышавъ Стратигъ Девгения, и не ятъ веры, глаголя сице: «Зде в мой дворъ птица не смеетъ влететь, ниже человЂку внити». И поиде вонъ из храма. Девгени же стоя три часы, ожидаяи его, и не бысть ему никаков ответъ, а ини предстоящи не смея ничтоже глаголати.

И повеле Девгений дЂвше преклонитися к себЂ, и яко орелъ исхити прекрасную Стратиговну, и посади ю на гриве у борзаго своего фара, и рече Стратигу: «Выеде и отъими дщерь свою прекрасную у Девгения, да не молвиши тако, что пришедъ татьбою украде». И то слово изрекъ, и поехавъ з двора, сладкую пЂснь пояху и бога хваля. И ту песнь сконча, и пред градъ выеде к милостивникомъ своимъ, и посади дЂвицу на коне иноходомъ, и поиде к шатромъ своимъ.

И шедъ на гору борзе обозревся, ест ли по немъ погоня. И рече девице: «Велика есмь срама добылъ, аще не будетъ по мнЂ погони, хощу возвратитися и поносъ имъ сотворити». Девгений милостивники нарядивъ и повеле воемъ стрещи около дЂвицы, а самъ поеде во градъ ко двору Стратигову. И поеха во дворъ Стратиговъ, и удари в сени Стратиговы копиемъ, и сени распадошася, и вси быша во ужасти во дворе. И начатъ велегласно кликать, вонъ зовы Стратига и рече: «О Стратиже преславны, кою дерзость имаши или сынове твои, иже есмь исхитилъ у тЂбЂ тщерь, и не бысть по мнЂ погони от тЂбЂ, ни от сыновъ твоихъ? И еще возвратихся и понос ти великъ сотворихъ, да не глаголеши последи, что татьбою пришедъ, исхити у мене тщерь. Аще имееши мужескую дерзость у себЂ, и кметы твои, то отъими у мене тщерь свою!» И то слово изрече, и поеха з двора, и возвратись вспять, и кликну велегласно: «Азъ еду из града и пожду васъ на поле, да не молвите, что пришедъ и обольстивъ, побеже от насъ».

Услыша Стратигъ и зело вострепета и начат кликати сыны своя: «Где суть мои кметы, иже 1000 емлютъ, а ини и по две и по 5000 и по десяти тысящъ? И ныне борзо совокупите ихъ и протъчи сильни вои!»

Девгени же приде к дЂвице и ссади с коня своего и рече дЂвице: «Сяди, обыщи мя, главу мою, дондеже отець твой и братия твоя приидутъ с вои своими. Аще азъ усну, то не мози будити мя ужасно, но возбуди мя тихо». И сяде дЂвица, начатъ ему искати главу, и Дивгений усне, а дЂвица имея у себЂ стражу.

Стратиг же собра множество вой своихъ и кметы своя, и тысящники, и поиде отъимати тщерь свою у Девгения. И выехаша из града со многими вои своими, и узре дЂвица, и бысть ужасна, и начатъ будити Девгения тихо, со слезами рекуще такъ: «Востани! Воссия солнце и месяцъ просветися. Стратиг бо уже приспе на тя со многими вои своими, а ты еще не собра своихъ вой! Какъ ему даешь надежду тверду».

Девгени жъ восставъ рече: «Не требую азъ человЂческия помощи, но надеюсъ на силу божию». И въскочи, и сяде на борземъ своемъ фаре, и препоясася мечемъ, и рогвицу свою вземъ, и начатъ дЂвицы вопрошати: «Хощеши ли отцу своему и братии живота, или вскоре смерти предамъ?» И начатъ дЂвица прилежно молитись: «Господине, богомъ зданы силою, не предай отца моего смерти, да греха не имаши и поношения от людей, да не глаголютъ тЂбЂ, что тЂстя убилъ». И начатъ ея вопрошати: «Скажи ми отца своего и братию, каковы суть». И начатъ ему дЂвица глаголати: «На отце моемъ брони златы и шеломъ златъ з драгимъ камениемъ и жемчюгомъ саженъ, а конь его покрытъ паволокою зеленою; а братия мои суть в сребряных бронех, токмо шеломы на них златы, а кони их покрыты паволоками червлеными».

И то слышавъ, Девгений поцеловавъ ю, и противъ ихъ поеха, издалече стрети ихъ, и яко дюжи соколъ ударися посреди ихъ, и якоже добры косецъ траву положи: первое скочи — уби 7000, и абие возвратися — уби 20000; третии ударися — и Стратига нагна, удари его рогвицею тихо сверхъ шелома, и с коня сверже. И начатъ Стратигъ молитись Девгению: «Буди тебе радоватись с восхищеною дЂвицею, прекрасною моею дщерью! Подаждь ми животъ!» И тутъ пусти его Девгений, а сыновъ его превяза, нагнавъ, и приведе их; а Стратига не вяза. А иных превяза, яко пастухъ овецъ пред собою погна, где дЂвица стояще. И узре дЂвица отца и рече: «Азъ, отче, преже ти глаголах, ты же мне не ят веры». И повеле Девгений своимъ милостивником Стратиговы вои гнать связаны, а самаго Стратига и сыновъ его с собою поняти.

И бысть Стратигъ прискорбенъ и начатъ молитися прилежно с сыны своими, глаголюще ему сице: «Якоже еси насъ смерти не предалъ, но животъ намъ еси даровалъ, такоже насъ и с собою не вози, дай намъ свободу». И услышавъ дЂвица моление отца своего и братии, и начатъ сама молитися Девгению, глаголюще: «Азъ есми дана богомъ в руце твои. И по мнЂ паки и над родительми моими имаши власть. Уже бо еси многи вои победил, а отцу моему и братии дай свободу, и не опечали матере моея, воскормивши тЂбЂ жену». И то изрече дЂвица, и послуша ея Девгений и рече Стратигу: «Азъ старость твою пощажу, дам ти свободу и сыном своимъ; токмо знамение свое возложу на васъ». И рече Стратиг: «Такую намъ свободу даеши, аще знамение возложиши?» ДЂвица же и от знамения умоли ихъ у Девгения. И бысть на Стратиге крестъ златъ прадеда его многоцененъ и у сынов его жуковины многоценны с драгимъ камениемъ и жемчюгом, и то взятъ у них за знамения протчаго ради времене.

Девгений жъ начатъ ихъ на сватьбу к себе звати. И рече Стратигъ: «Несть подобно нам пленикомъ ехати к тебЂ на сватьбу. Но молю ти ся прилежно и чада моя, не введи нас в срамъ и чад моихъ: будуще единой и тщери у матери, яко пленницу хощеши вести. И возвратися в дом мой, и радость ти велию сотворю и свадьбу преславную, дары приимеши, с великою честию возвратишись». Услышав же Девгений мольбы Стратиговы, возвратись в дом Стратигов с своею обручницею, и три мЂсяца свадьбу деяша, и сотвориша радость велию. И приятъ дары многи Девгений, и все имение, еже было невестъчего, приятъ, и кормилица, и слуги, и с великою честию поеха восвоясы.

Егда же прииде во свою власть, и посла милостивники своя с великою честию с вестью ко отцу своему и матери, повеле пристроить преславную свадьбу. И рече ко отцу своему: «Ты, отче, прежъде силен прослылъ еси силою и славою, и нынЂ азъ — божиею помощию и твоимъ благословениемъ и матернею молитвою — что есмь здумалъ, то ми и збыстся. И несть мнЂ противника. Только бысть Стратиг, во всехъ храбрыхъ силенъ бысть, но, божиею силою, при мнЂ не успе ничтоже, и восхитихъ бо у него тщерь. А ныне, отче, выеди с великою честию противо менЂ на стретение Стратиговны». И пришед, предстатели отцу его поведаша повеленая Девгениемъ.

И слышавъ, отецъ и мати его радости наполнишась, и начаша свадбу готовить, и созваша весь градъ, и поидоша противу Девгения и Стратиговны, и стретиша ихъ за 8 поприщъ от града с великою честию.

И падоша ницъ вси пред Девгениемъ, глаголюще ему тако: «О, великое чюдо, сотворимое тобою, младым юношемъ, о, дерзость благодатъная! Стратига победи и тщерь его исхити!» И рече имъ Девгений: «Не азъ победихъ Стратигову силу, но божиею силою побежденъ бысть». И Амиратъ въборзе шурью свою созва, и к Стратигу посла на свадбу звати, глагола ему: «Не ленивъ буди, свату, к намъ потрудитися, да купно обрадуемся и видимся, и чада наши обрадуются, понеже ихъ богъ совокупи без нашего повеления».

И слышавъ то, Стратигъ радостенъ бысть, и вборзе скопивъ весь родъ свой и многоценое имение, еже дарити зятя милово; совокупи же жену и дети своя, посла ко Амирату, свату своему. И слышавъ Амиратъ царь Стратига к себЂ грядуща, и с великою честию и з Девгениемъ противъ его выехаша, и совокупившася с нимъ на единомъ мЂстЂ и начаша ся дарити и по 3 мЂсяцы преславную свадбу твориша. И дастъ Стратигъ зятю своему 30 фаревь, а покрыты драгими поволоками, а седла и узды златом кованы; и дастъ ему 20 конюховъ, пардусовъ и соколовъ 30 с кормилицы своими, и дастъ ему 20 кожуховъ, сухимъ златомъ шиты, и поволокъ великих 100; да шатеръ великъ единъ шит весь златомъ; вмещахусь в немъ многия тысящи вой, а ужища у шатра того шелковы, а колца сребряные; и дастъ ему икону злату святый Феодоръ; да 4 копия аравитцихъ, да мечь прадеда своего. А теща дастъ 30 драгих поволокъ зеленых, 20 кожуховъ, шиты сухимъ златомъ з драгимъ камениемъ и жемчюгомъ, иныя дары многи дастъ ему. Первы шуринъ дастъ ему 80 поясовъ златокованых, иныя шурья даша ему многия дары, им же несть числа.

Исполнишася 3 месяц, радующеся свадбе, и приятъ Стратигъ велию честь, и жена его, и сынове его, и Амиратъ царь. А Девгений поеде с нимъ провожения ради, и зря на нь Стратигъ радовавшесь, и сынове его славу богу воздаяху, иже сподоби имъ богъ таковаго зятя.

И возвратися Девгений восвояси, проводив Стратига, и подастъ пленикомъ свободу. А самому Филипапе стрыю возложи пятно на лице и отпусти его восвоясы, а Максиме подастъ свободу своими предстатели. А самъ начатъ жити и ловы деяти, зане бяше охочь единъ храбровать.

О великое чюдо, братие! Кто сему не дивиться? Си есть не от простыхъ людей, ни от Амира созданъ, но посланъ есть от господа. Всемъ храбрымъ христианомъ показась слава его, и явись во всей земли славенъ богъ въ мире о ХристЂ ИисусЂ, господЂ нашемъ, емуже слава со отцем и святымъ духомъ ныне и присно и во вЂки вЂковъ. Аминь.





СКАЗАНИЕ, КАКО ПОБЕДИ ДЕВГЕНИИ ВАСИЛИЯ ЦАРЯ


Некто бысть царь, именемъ Василий. Слышавъ о дерзости и о храбрости Девгениеве, бысть яростенъ зело, и желание имея велие, како бы его добыти, зане бо Василий царь всю страну Каппадокейскую стереглъ...

Вборзе нарядивъ послы своя, посла грамоту, написавъ с ласканиемъ, прелестью сице глагола ему: «Девгений славны! Велие желание имам видетися с тобою. А ныне не ленись проидитись к моему царству, зане дерзость и храбрость твоя прослыла по всей вселеней. И любовь вниде в мя велия, видети хощу юность твою». И принесоша от царя Девгению грамоту, и прочетъ Девгений и разуме, яко прелесно бысть писание к нему.

И глагола Девгени к нему: «Азъ есмь от простых людей. Не имать царьство твое до мене николиже вины, но аще хощешь видетися со мною, поими с собою мало вой и приди на реку Ефрантъ». Цареви жь своему рцыте: «Что какъ удумалъ еси худобу мою видети, немного же поими воинъ с собою, да не разгневаеши мене, зане юность человЂческая на много безумие приводитъ. Аще азъ разгневаюсь, сокрушу вои твои, а самъ не возвратишись!»

И приеха посол, глаголаше царю вся рекомая Девгениемъ, и услыша царь яростенъ бысть, вборзе нарядивъ и посла к Девгению, глагола ему: «Чадо, не имамъ понять много вой с собою, толко имамъ юность твою видети, царьство мое. Иного помышления не имамъ на сердцы».

Пришедъ посолъ царевъ, глагола Девгению реченая царемъ, и отвеща Девгений: «Рцы царю своему такъ: аз не боюсь царства твоего, ни многих твоихъ вой, зане упование имеяи на бога. Не боюсь твоего помысла, но глаголю ти: прииди на реку, глаголемую Ефрантъ, и тамъ видишись со мною. Или со многими вои приидеши, да не обрадуешися царству своему, а воинства твоя вся сокрушатся». И пришедъ посолъ к Василию царю, сказа ему вся реченая Девгениемъ.

И слышав царь вборзе повеле собрати вои своя, и совокупися, поиде на место, где Девгений рече. И приеха ко Ефранту реке и постави шатры своя далече от реки. А царевъ шатеръ велми великъ бысть, червленъ, а верхъ его шитъ сухимъ златомъ; а нутри шатра многи тысящи вмещахусь вой. А вся воинства сохранена бысть, ови в шатрехъ, а они в сокровеномъ месте. И пребысть царь на реке 6 дней и рече воеводамъ своимъ: «Нечто Девгений уведалъ и удумалъ над нами, либо хощетъ со многими вои быть». То слово изрече Василий царь ужасеся.

Посла Девгений своего предстателя цареви, глаголя: «Дивлюся, како потрудися царь твой к моей худости. Но обычей ти рекохъ: аще хощеши видетись со мною, то прииди с малым вой. А се собралъ много вой, хотя меня победить, в томъ есть срамъ, ... зане идетъ слава моя по всей земли и по странамъ. А ныне какъ намыслилъ еси, такъ и сотвори».

Рече же Васили царь: «Да кою дерзость имаши, аще противу моего царству не дась ми покорения!» И нарядивъ посла своего, и посла за реку, а Девгениева приятъ. И пришедъ царевъ посолъ глагола Девгению вся повеленая царем. И отвеща Девгений: «Глаголи царю своему: аще ты надеешися на свою великою силу, азъ же имамъ упование на создавшаго бога. Не имать уподобитися сила твоя противъ божии силы. А уже время дни преминуло, а заутра рано исполчеваись и въстани со своею силою. великою, да узриши худаго мужа дерзость, како пред тобою восходит, занеже ми есть срам в неисполнениихъ». И пришедъ Василиевъ посолъ, от Девгения глаголы поведа царю.

Царь же вборзе созва бояры своя, начатъ думати. И отвещаша ему многоимцы: «Во что вменяется царство твое, царю, аще тебЂ единаго мужа ужаснутись: не видим с ним вой ничтоже». И Девгениевъ посолъ скочивъ у нихъ за реку и поведа Девгению вся бывшая у царя.

И заутра рано исполчися царь Василий и думаше чрезъ реку ехати, хотяще, яко зайца в тяняте, яти Девгения. Увидевъ Девгений множество вой исполчено у царя Василия и разуме, яко хотят приехать чрез реку и обойти его. И Девгений ярости исполнись и рече своим предстателемъ: «Приидите по мне, мало помедливше, азъ же прежде васъ потруждаюся и послужу царю».

И то слово изрекъ, и подпреся копиемъ, и скочи чрезъ реку, яко дюжи соколъ, велегласно кликнувъ: «Где есть Василий царь, иже имея желание видетись со мною?» И то слово изрекъ, и воины к нему ударишась, и онъ копие воткнувъ, и вынявъ мечь противо вои. И поскочи, яко добры жнецъ траву сечетъ: перво скочи — 1000 ихъ победи, и возвратись вспять, и поскочи — 1000 победи.

Царь же Василий, видевъ дерзость Девгениеву, вскоре поемъ с собою мало вой и побеже. И протчих вой Девгений поби, а иныя связа, и кликну за реку предъстателемъ своимъ: «Приведите ми борзы мой фарь, рекомы Ветръ». Они же примчаша ему фарь, и вседъ на нь, борзо погна Василия, нагна блиско града его, а что было с нимъ вой, всехъ победи, а царя самого четверта взятъ.

И ... единаго посла от нихъ во градъ с вестью. Глаголи гражьданомъ: «Выдите противъ Девгения, днесь подай ми богь царьствовати в вашей области». Они же, слышавъ его, вси совокупишась, изыдоша пред градъ битися, чающе, яко с простымъ человЂкомъ битись. Он же посла, глаголя: «Пожалуйте оружия и не разгневайте мене». Они же отвещавъ ему: «Не имаши противенъ быти всему граду ты единъ». И слышавъ то Девгений, разгневась и поскочи на нихъ: овыхъ изби, а иныхъ превяза и дастъ предстателемъ своимъ, и вниде во градъ и начатъ царствовати. А пленыхъ ... свободи по мале времени, по писанию, яко «несть рабъ боле господина своего, ни сынъ больше отца своего».

«А еще ми пребысть 12 летъ в животЂ, а ныне хощу опочинути, многи победы и брани во юности своей сотворихъ», — та вся изглаголавъ отцу своему, посадивъ на престоле царскомъ, и призва пленныя своя, давъ имъ свободу. А на Канама со Иаакимомъ возложи имъ знамение на лице ихъ и отпусти ихъ в родъ свой. И родъ свой призва и сотвори радость велию, и по многи дни пребысть.

Богу нашему слава ныне и присно и во веки вЂковъ. Аминь.





[Девгениево деяние. Подг. текста О.В.Творогова / Памятники литературы Древней Руси: XIII век. — М. 1981. — С. 28-65]






Попередня       Головна       Наступна



Вибрана сторінка

Арістотель:   Призначення держави в людському житті постає в досягненні (за допомогою законів) доброчесного життя, умови й забезпечення людського щастя. Останнє ж можливе лише в умовах громади. Адже тільки в суспільстві люди можуть формуватися, виховуватися як моральні істоти. Арістотель визначає людину як суспільну істоту, яка наділена розумом. Проте необхідне виховання людини можливе лише в справедливій державі, де наявність добрих законів та їх дотримування удосконалюють людину й сприяють розвитку в ній шляхетних задатків.   ( Арістотель )



Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть мишкою ціле слово та натисніть Ctrl+Enter.