[Тарас Шевченко: Документи та матеріали до біографії. 1814-1861 / За ред. Є. П. Кирилюка. — К., 1982. — С. 159-179.]

Попередня     Головна     Наступна






№ 300. 1848 р., січень. Список нижчих чинів 5-го Оренбурзького лінійного батальйону, 3-ої роти


Список


нижним чинам Оренбургского линейного № 5-го батальона, 3-й роты, поступившим [в] военную [службу] по высочайшему повелению и по конфирмациям главнокомандующего действующей армиею


Генваря дня 1848 года


Имена и прозвания

Время вступления в службу





За что подвергались оштрафованию и когда состоялись конфирмации

Каковые в поведении

Каковые по службе



годы

месяцы

числа




1.

Рядовые

Гаврила

сын Павлов

[1]845

август

3

Из арестантов Кронштадской арестантской роты № 1

Сослан в крепостную работу по высочайшему повелению из находящихся под следствием и судом в бывшей в С.-Петербургской комиссии для разбира[тельства] [слово не разб.] воров и мошенников, определен в сей батальон

Хорош

Старательный

2.

Тарас

сын Шевченко

[1]847

июнь

23

По высочайшему повелению, объявленному в предписании корпусного командира от 10-го июня за № 25-м, художника С.-Петербургской академии за сочинение возмутительных стихов в рядовые с правом выслуги

Хорош

Старательный

3.

Михайла

сын Чемерда

[1]846

мая

24

По высочайшему повелению за нахождение с давнего времени в бегах передан по распоряжению

Хорош

Старательный


і т. д.


ІЛ, ф. 1, № 513. Копія.








№ 301. 1848 р., січня 13. Лист В. М. Рєпніної до начальника III відділу О. Ф. Орлова з проханням дозволити Т. Г. Шевченкові малювати


Господин граф.


Вы человек, облеченный большою властью и в силу этого положения и вашего благородного характера призваны делать добро. Если поддерживать порядок и казнить зло есть задача государственного сановника и добродетельного человека, то следить за тем чтобы справедливость не превратилась в жестокость и чтобы за наказанием следовало милосердие, не в этом ли высшее совершенство добродетели. Сильна в этом убеждении, я являюсь /161/ перед вами, господин граф, умолять за несчастного Шевченко. Я, зная его очень хорошо, могу вам засвидетельствовать, что каков бы ни был его проступок, он уже достаточно наказан своим положением солдата и удалением от родины, без того, чтобы убеждать его в его виновности, прибавляя к этому утонченную жестокость, запрещение рисовать. Господин граф, надеюсь вы поймете, что будучи знакома с Шевченко лично и, зная, что он совершенно одинок в этом мире, я считаю своим долгом, поскольку бог вложил мне в сердце идею принимать участие в его судьбе, сделать все зависящее от меня, чтобы по меньшей мере попытаться облегчить его участь.

Чтобы преуспеть в этой цели, у меня нет другого пути, как обратиться к вам и умолять добиться для него разрешения рисовать. Это милость, о которой я прошу вас со сложенными на груди руками. Кто бы я ни была сама по себе, но как дочь моего отца, который столько страдал и страдал безвинно, я признаю за собой право говорить за несчастных и взывая к памяти моего отца, который вас уважал, я прошу вас, господин граф, извинить мою назойливость, выражаясь светским языком, так как я убеждена в том, что делаю то, что должна делать, умоляя вас за обездоленного заблудшего, но достойного всякой симпатии, у которого нет ни семьи ни покровительства.

Соблаговолите, господин граф, сообщить мне ваш ответ, тот который вы хотите мне дать, на имя моей сестры — ее превосходительству Елизавете Николаевне Кривцовой в Орел. Я ее предупрежу, что воспользуюсь ее именем.

Примите, господин граф, выражения моей признательности и если бы я могла уже вам сказать о моей глубокой благодарности.


Варвара Репнина


Яготин.

13 января 1 1848.


ДМШ, А-52, спр. 81, ч. 6, арк. 85 — 86, 86 зв. Оригінал. Французькою мовою.

1 У попередніх публікаціях помилково названо місяць: лютий замість січня.







№ 302. 1848 р., січень. Довідка III відділу з приводу листа В. М. Рєпніної з проханням дозволити Т. Г. Шевченкові малювати


Княжна Варвара Репнина просит обратить милостивое внимание на бывшего художника Шевченку и дозволить ему рисовать. Она ходатайствует об этом, как об одолжении для нее самой и в память ее родителя.

Справка. Шевченко, при производстве дела об украйно-славянском обществе, оказался виновным в сочинении возмутительных и самых дерзких стихов. По высочайшему повелению, состоявшемуся 28 мая 1847 года, он определен рядовым в войска Отдельного оренбургского корпуса, с правом выслуги, под строжайший надзор и с воспрещением писать и рисовать.



ДМШ, А-52, спр. 81, ч. 6, арк. 87. Оригінал.

На документі резолюція: «[слово нерозб.] можно под надзором».







№ 303. 1848 р., січня 30. Запит начальника III відділу О. Ф. Орлова до командира Окремого оренбурзького корпусу В. О. Обручова про місце служби Т. Г. Шевченка та його поведінку


Секретно


С.-Петербург

30 января 1848 г.

№ 163


Милостивый государь Владимир Афанасьевич!


По высочайшему повелению, последовавшему в исходе мая 1847 года, бывший художник Тарас Шевченко, за сочинение на малороссийском языке стихов возмутительного и самого дерзкого содержания, определен рядовым в войска Отдельного оренбургского корпуса, с правом выслуги, под строжайший надзор и с запрещением ему писать и рисовать. /162/

Имею честь покорнейше просить ваше высокопревосходительство уведомить меня как о том, в каком полку рядовой Шевченко состоит на службе, так равно об усердии, поведении и образе мыслей его, с вашим заключением, заслуживает ли он ходатайства о дозволении ему заниматься рисованием.

Примите уверение в истинном моем к вам почтении и преданности.


Граф Орлов


Его высокоп[ревосходительст]ву В. А. Обручеву.


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 8 — 8 зв. Оригінал.

На документі напис: «По секр[етному] вход[ящему] журналу №2 получ[ено] 12 февраля 1848» та резолюція: «К исполнению», «14 фев[раля]».







№ 304. 1848 р., лютий. Роз’яснення київського цивільного губернатора І. І. Фундуклея городничим та ісправникам про вилучення творів Т. Г. Шевченка


Секретно


Февраля [1]848


Земским исправникам и городничим


В дополнение секретных циркулярных предписаний моих от 7 и 10 июля 1847 года и согласно разрешению г. генерал-губернатора даю вам знать, что запрещенные сочинения Шевченко, Кулиша и Костомарова, если у кого окажутся, следует отбирать, но без всяких розысков и обысков.


Гр[ажданский] губ[ернатор]


Исправникам: | Городничим:

Бердичев[скому] — 173 | 185

Васильков[скому] — 174 | 186

Звенигород[скому] — 175 | 187

Каневскому — 176 | 188

Киевскому — 177 | 171

Липовецк[ому] — 178 | 189

Радомышль[скому] — 179 | 190

Сквирскому — 180 | 191

Таращанск[ому] — 181 | 192

Уманьскому — 182 | 172

Черкасскому — 183 | 193

Чигиринскому — 184 | 194


ДМШ, А-39, спр. 95/25795, арк. 20 — 20 зв. Відпуск.







№ 305. 1848 р., лютого 15. Запит виконуючого обов’язки командира Окремого оренбурзького корпусу О. О. Толмачова виконуючому обов’язки командира 23-ої піхотної дивізії Л. І. Федяєву про поведінку Т. Г. Шевченка


Секретно


г. Оренбург

15 февраля 1848

№ 3


Господину командующему 23-ю пехотною дивизиею


Шеф корпуса жандармов генерал-адъютант граф Орлов, уведомляя господина командира, что по высочайшему повелению, последовавшему в исходе мая 1847 года, бывший художник Тарас Шевченко, за сочинение на малороссийском языке стихов возмутительных и самого дерзкого содержания, определен рядовым в войска Отдельного оренбургского корпуса, с правом /163/ выслуги, под строжайший надзор и с запрещением ему писать и рисовать, просит сообщить ему как о том, в каком батальоне рядовой Ш[евчен]ко состоит на службе, так равно об усердии, поведении и образе мыслей его, с заключением, заслуживает ли он ходатайства о дозволении ему заниматься рисованием.

За отсутствием его высокопревосходительства, сообщая об этом вашему превосходительству, покорнейше прошу доставить мне просимые графом Орловым сведения.


Генерал-лейтенант Толмачев

Дежурный штаб-офицер подполковник [підпис]


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 10 — 10 зв. Оригінал.

На документі написи: «Дивиз[ионн.ый] штаб № 1-го получ[ено] 17 февр[аля] Бригад[ный] № 3-го, 20 [февраля]»; «Командующий 5 батальоном, № 154 (23) 15-го марта».







№306. 1848 р., березня 10. Відзив командира 5-го лінійного батальйону Д. В. Мешкова виконуючому обов’язки командира 1-ої бригади Г. В. Чигирю про поведінку Т. Г. Шевченка


Имею честь донести его высокоблагородию господину командующему 1-ою бригадою 23-ей пехотной дивизии, что рядовой командуемого мною батальона № 5-го Тарас Шевченко ведет себя хорошо. Службою занимается усердно, образ мыслей его не подает никакого повода к чему-либо предосудительному, и, судя по этому, он заслуживает ходатайства о дозволении ему заниматься рисованием, каким высшее начальство сочтет за возможное.


Командующий батальоном майор Мешков


№ 412

10 марта 1848 г.

Креп[ость] Орская


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 11, зв. Оригінал.

Цей відзив Мєшкова 5 березня 1848 р. був надісланий Чигирем виконуючому обов’язки командуючого 23-ою піхотною дивізією Федяєву; 24 березня 1848 року — виконуючому обов’язки командира Окремого оренбурзького корпусу Толмачову (ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 12).







№ 307. 1848 р., березня 30. Рапорт виконуючого обов’язки командира Окремого оренбурзького корпусу О. О. Толмачова начальникові III відділу О. Ф. Орлову про поведінку Т. Г. Шевченка


30 марта 1848


Секретно


№ 6


Шефу корпуса жандармов, господину генералу от кавалерии,

генерал-адъютанту и кавалеру графу Орлову

За отсутствием командира Отдельного оренбургского корпуса начальника 23-й пехотной дивизии


Рапорт


Вследствие отношения вашего сиятельства к господину корпусному командиру от 30-го января за № 163-м, я, за отсутствием его высокопревосходительства, имею честь донести, что определенный в Отдельный Оренбургский корпус рядовым по высочайшему повелению, последовавшему в мае месяце 1847 года, за сочинение возмутительных стихов, бывший художник Тарас Шевченко, с запрещением ему писать и рисовать, — состоит на службе в Оренбургском линейном батальоне № 5-го, ведет себя хорошо, службою занимается усердно, в образе его мыслей ничего предосудительного не замечено, и, по засвидетельствованию ближайшего его начальства, он заслуживает ходатайства о дозволении ему заниматься рисованием.


Генерал-лейтенант Толмачев


ДМШ, А-52, спр. 81, ч. 6, арк. 89 — 89 зв. Оригінал.

На документі резолюція Орлова: «Подождать» та написи: «963»; «12 апреля 1848». /164/







№ 308. 1848 р., травня & Наказ командира 1-ої бригади Л. І. Федяєва командиру 5-го лінійного батальону Д. В. Мешкову про переведення Т. Г. Шевченка до 4-го батальйону, що знаходиться в Раїмському укріпленні 1


Копия


Командующему 5 батальоном господину майору Мешкову


По воле его высокопревосходительства господина корпусного командира прошу ваше высокоблагородие рядового командуемого вами батальона Тараса Шевченку, включив в число двухсот человек, следующих с ротою командуемого вами батальона, отправить в линейный Оренбургский батальон № 4-й, в Раимское укрепление 2, куда он переведен мною на службу, а потому из списков 5 батальона его исключить и затем вместо его оставить из числа нижних чинов 4-го батальона рядового Хайбуллу Зеликоева.

Сего последнего зачислить в списочное состояние командуемого вами батальона, показав перемену эту, таким образом, по расчету, приложенному при предписании от 23 апреля за № 1262, подлинное подписал:


Бригадный командир генерал-майор Федяев


С подлинным верно:

командующий батальоном майор Мешков


№ 1347.

8 мая 1848 года

Кр[епость] Орская


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 104 — 104 зв. Засвідчена копія.

1 У наказі, що визначав завдання експедиції, значилось: «Со всех заметных пунктов, по которым впоследствии можно будет определяться, приказать снимать виды с разных румбов, для чего взять из 5-го линейного батальона одного умеющего снимать виды рядового...». Таким «рядовим» був Т. Г. Шевченко.

2 Укріплення засноване 1847 р. на р. Сир-Дар’ї. Тут провадилися підготовчі роботи до спорядження Аральської експедиції. Шевченко прибув до Раїму 19 червня 1848 р. разом з транспортом експедиції.







№ 309. 1848 р., травня 13, Рапорт командира 1-ої бригади Л. І. Федяєва начальникові 23-ої піхотної дивізії О. О. Толмачову про відправку до Раїма солдат, і в тому числі Т. Г. Шевченка, переведених з 5-го в 4-й батальйон


Список с рапорта командира 1 бригады к г. начальнику 23 пехотной дивизии от 13 мая 1848 года за № 1356


По предписаниям за № 1456, 1542 и 1625, приведя все в исполнение, я имею честь донести вашему превосходительству, что в 4-й батальон окончательно отправлены все те самые люди, какие поименованы в списке, приложенном при предписании за № 1625, кроме оказавшихся немогущими следовать по болезням, собственно принадлежащих 4-му батальону, о которых, как равно и о тех, кто именно на место их назначен из 5-го батальона, составя именной список, представляя оный при сем вашему превосходительству, докладываю: что об исключении из списков людей этих и о зачислении в списочное состояние из одного батальона в другой г. командующему 5-м и командиру 4-м батальонов от меня предписано за № 1339, 1340, 1347 и 1348, что же касается до рядового Тараса Шевченко, то сей последний назначен с переводом из 5-го батальона в 4-й по воле его высокопревосходительства господина корпусного командира. Подлинный подписал:


Командир 1-й бригады, генерал-майор Федяев

Верно:

Адъютант 1-ой бригады, капитан [підпис]


ІЛ, ф. 1. № 406, спр. 201, арк. 110. Копія.


/165/






№ 310. 1849 р., лютого 27. Розпорядження київського, подільського і волинського генерал-губернатора Д. Г. Бібікова київському цивільному губернатору І. І. Фундуклею дати відомості про твори Т. Г. Шевченка «Гамалія», «Тризна» та «Гайдамаки»


27 февраля 1849 года

Секретно

№ 1664


Господину киевскому гражданскому губернатору


Покорнейше прошу ваше превосходительство сообщить мне требуемые отношением к вам от 20 сентября 1847 года за № 7915 сведения о сочинениях Шевченки «Гамалия», «Тризна» и «Гайдамаки», а также о других сочинениях его, Костомарова и Кулиша, упоминаемых в представлении вашем за № 2018.


Генерал-губернатор Бибиков


ДМШ, А-39, спр. 95/25795, арк. 22. Оригінал.

На документі напис: «№ 156 секр.».







№ 311. 1849 р., березня 18. Лист київського цивільного губернатора І. І. Фундуклея до київського, подільського і волинського генерал-губернатора Д. Г. Бібікова про заборону творів Т. Г. Шевченка «Гамалія», «Тризна» і «Гайдамаки»


18 марта 1849 года


Секретна


Господину киевскому воєнному, подольскому и волынскому генерал-губернатору


На предложение вашего высокопревосходительства от 20-го сентября 1847 года имею честь донести, что как сочинения Шевченки «Гамалия», «Тризна» и «Гайдамаки» и другие, а также сочинения Костомарова и Кулиша, поименованные в представлении моем за № 2018, по духу своему относятся к тому же роду сочинений, которые, по высочайшему повелению, уже запрещены и изъяты из продажи, то я полагаю, что и помянутые сочинения должны подлежать запрещению.


ДМШ, А-39, спр. 95/25795, арк. 23. Відпуск.

На документі резолюція Д. Г. Бібікова: «Оставить так, не отвечать. Кончить дело»;







№ 312. 1849 р., квітня 10. Рапорт виконуючого обов’язки начальника Раїмського укріплення Ю. М. Матвєєва начальнику 23-ої піхотної дивізії О. О. Толмачову про несплату підпоручиком 5-го батальйону С. А. Бархвіцем боргу Т. Г. Шевченкові 1 і вимогу Бархвіца покарати Т. Г. Шевченка за «незаконні» претензії


Копія


Список с рапорта и. д. начальника Раимского укрепления

г. начальнику 23 пехотной дивизии от 10 апреля за № 901


Состоящий на службе в Раимском укреплении, а ныне в числе экипажа описной экспедиции Аральского моря линейного оренбургского № 4 батальона рядовой Тарас Шевченко объявил мне, что батальона № 5 подпоручик Бархвиц состоит ему должен шестьдесят восемь руб. тридцать копеек серебром, и просил ходатайства моего о взыскании с подпоручика Бархвица следующих ему денег, присовокупляя в числе доказательства, что о займе этом зимою 1848 г. во время служения Шевченка в батальоне № 5-го известно ротному его командиру штабс-капитану Степанову, который засвидетельствовал о том, и г. командиру бригады; Шевченко расписки от Бархвица не имеет, но говорит, что давал в заем по случаю отъезда подпоручика Бархвица в гор. Оренбург, между тем, по отзыву командующего батальоном № 4 от первого минувшего февраля за № 946, Бархвиц от этого займа отказался и просил поступить с рядовым Шевченкою по всей строгости законов будто бы за ложное предъявление претензии, и командующий бата/166/льоном № 5-го, которому обстоятельство дела было сообщено подпоручиком Бархвицем, не спросив даже удостоверения штабс-капитана Степанова, -сообщает командующему батальоном № 4-го только об отзыве Бархвица и его требовании.

Обстоятельство это представляя на милостивое благоуважение вашего превосходительства, честь имею почтительнейше испрашивать зависящего распоряжения о законном удовлетворении рядового Шевченко и ограждении его от подобного вышеизложенному притязания.


Подписал подполковник Матвеев

Скрепил подпоручик Богданович

С подлинным верно: И. д. секретаря И. Гейер


Опубліковано: Киевская старина, 1891, т. XXXII, № 2, с. 335.

1 Цьому передували три документи: 1) Лист О. І. Бутакова командирові 4-го лінійного батальйону Я. Я. Дамісу з приводу скарги Т. Шевченка; 2) Запит Я. Я. Даміса до О. I. Бутакова, чим може Шевченко підтвердити справедливість своєї скарги; 3) Пояснення О. І. Бутакова (ЦНБ АН УРСР, відділ рукописів, ф. 1, 1186, арк. 64).








№313. 1849 р., квітня 22. Рапорт начальника Аральської експедиції 1 О. І. Бутакова начальникові 23-ої піхотної дивізії О. О. Толмачову про відрядження Т. Г. Шевченка до Оренбурга для закінчення художніх робіт по експедиції


Господину начальнику 23-й пехотной дивизии,

генерал-лейтенанту и кавалеру Толмачеву

Начальника описной экспедиции

Аральского моря


Рапорт


В команде вверенных мне судов находятся 4-го линейного батальона унтер-офицер Фома Вернер и рядовой Тарас Шевченко. Первый был мною взят в прошлогоднее плавание по предложению г. подполковника Матвеева для исследования каменного угля, которого признаки были найдены на северо-западном берегу Аральского моря, и для геологических и ботанических наблюдений, причем он оказался весьма полезным, ибо честь открытия пласта каменного угля принадлежит ему, — а последний был назначен его высокопревосходительством господином корпусным командиром для снимания видов в степи и на берегах Аральского моря. Оба они будут мне необходимо нужны по возвращении в Оренбург: унтер-офицер Вернер для окончательного составления геологического описания берегов и классифицирования долженствующих быть отправленными в С.-Петербург образцов горных пород и ботанических экземпляров, которых собирание возложено на него, а рядо:вой Шевченко — для окончательной отделки живописных видов, чего в море сделать невозможно, и для перенесения гидрографических видов на карту после того, как она будет составлена в Оренбурге.

О чем вашему превосходительству почтительнейше имею честь донести, прося всепокорнейше соблаговолить сделать заблаговременное распоряжение об отправлении поименованных нижних чинов вместе со мною на линию из Раима, по окончании предстоящей навигации, а также о немедленной доставке их обоих из Орской крепости в Оренбург.


Капитан-лейтенант А. Бутаков


Кос-Арал

22 апреля 1849

№ 173


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 17 — 17 зв. Оригінал.

На документі резолюція: «Представить корпу[сному] командиру для распоряжений завтра поутру, 11 мая» та написи: «Г. корпусной командир разрешил возвратить с г. Бутаковым Вернера и Шевченко; почему заготовить о сем бумагу г. начальнику дивизии и начальнику Раим[ского] укрепления. Числить в 4-м батальоне и по окончании /167/ работы в Оренбурге возвратить в укрепление»; «Див[изионного] штаба 2245 получ[ено] 12 мая 1849 г.»; «Корп[усного] штаба № 2113 получ[ено] 13 мая 1849».

1 Організована в 1848 — 1849 рр. Військовим міністерством для промірювання Аральського моря і топографічних зйомок його берегів, а також вивчення природних ресурсів і умов майбутнього судноплавства. Очолював експедицію О. І. Бутаков, який порушив клопотання перед В. П. Обручовим про включення Шевченка до експедиції як художника.








№314. 1849 р., травня 12. Пояснення командира 23-ої піхотної дивізії О. О. Толмачова у супровідній записці до рапорта О. І. Бутакова командирові Окремого оренбурзького корпусу про те, за що були віддані в солдати Томаш Вернер та Т. Г. Шевченко


Рапорт этот почтительнейше представляя на разрешение его высокопревосходительства господина командира Отдельного оренбургского корпуса, имею честь донести, что эти нижние чины отданы в службу: первый в 1844 году по решению наместника царства Польского за политическое преступление, а последний в 1847 году по высочайшему повелению за сочинение возмутительных стихов. И в разрешение этого я буду иметь честь ожидать предписание сего [два слова нерозбірливо].


Генерал-лейтенант Толмачев.


№ 1962

12 мая 1849 года

г. Оренбург


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 18. Оригінал.







№ 315. 1849 р., травня 13. Повідомлення виконуючого обов’язки начальника штабу Окремого оренбурзького корпусу М. Л. Фантон де Веррайона командиру 23-ої піхотної дивізії О. О. Толмачову про дозвіл Томашу Вернеру і Т. Г. Шевченку повернутися з О. І. Бутаковим до Оренбурга


№ 2149, 13 мая


Начальн[ику] дивизии


Р[апорт]


По докладу моему г. кор[пусному] к[оманди]ру представлен в[ашим] п[ревосходительство]м от 12 мая за 1962-м. Его в[ысоко]п[ревосходительст]во изволил разрешить отправить ун[тер-]оф[ицера] Фому Вернера и рядового Шевченка с капитан-лейтенантом Бутаковым на линию, но с тем, чтобы нижние чины эти, числясь в Оренб[ургском] л[инейном] № 4-м б[атальоне], по окончании занятий с помянутым штаб-офицером были возвращены попрежнему в Раимское укрепление.

О чем имею честь до свед[ения] в[ашего] п[ревосходительст]ва


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 19. Відпуск.







№ 316. 1849 р., травня 13. Повідомлення виконуючого обов’язки начальника штабу корпусу М. Л. Фантон де Веррайона начальнику Раїмського укріплення про дозвіл Томашу Вернеру і Т. Г. Шевченку повернутися з О. І. Бутаковим до Оренбурга


№ 2150


Нач[альнику] Раим[ского] укреп[ления]


Вследствие ходатайства капитан-лейтенанта Бутакова его в[ысокопревосходительст]во г. кор[пусной] к[оманди]р изволил разрешить отправить на линию с этим штаб-офицером для окончательных с ним занятий по возложенному на него поручению унтер-офицера Вернера и рядового Шевченко с тем, чтобы нижние чины эти, представ[ленные] в Оренб[ургский] л[инейный] /168/ № 4 бат[альон], по минованию в них здесь надобности были возвращены в Раим[ское] укреп[ление].

Имею честь уведомить об этом в[аше] в[ысокоблагоро]дие к сведению и дальнейшему распоряжению.


13 мая

Подписал


Исправ[ляющий] долж[ность] нача[льника] штаба

Полковник Фантон де Веррайон


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 19, 19 зв. Відпуск.







№ 317. 1849 р., листопад. Короткий опис Аральського моря, зроблений О. 1. Бутаковим під час Аральської експедиції 18481849 рр., в якій брав участь Т. Г. Шевченко


Краткое извлечение


из описания Аральского моря, произведенного капитан-лейтенантом Бутаковым в продолжении кампаний описной экспедиции 1848 и 1849 годов, со шхун Николай и Константин.

20-го июля 1848 г. была спущена на р. Сыр-Дарью шхуна Константин, выстроенная в Оренбурге, потом разобранная и доставленная в Раимское укрепление, где она снова была собрана. 25 июля шхуна отправилась к устью реки, а 30-го вышла в Аральское море.

Экипаж шхуны состоял из командира оной лейтенанта, ныне капитан-лейтенанта Бутакова, 3-х обер-офицеров, 25 нижних чинов и 1 киргиза. Плавание ее в 1848 году продолжалось до 23 сентября, всего в 61 день, а в 1849 году кампания началась на шхунах Николай и Константин с 6-го мая и продолжалась до 22-го сентября, всего 140 дней. Экипаж первой шхуны, находившейся под начальством корпуса флотских штурманов прапорщика Поспелова, состоял из 14 человек нижних чинов и 1 киргиза, а последней, под начальством капитан-лейтенанта Бутакова, из 24 нижних чинов и 1 киргиза.

В течение этих двух кампаний сделана съемка всех берегов Аральского моря, астрономическая установка его и — достаточный для судоходства промер глубины; более подробного промера нельзя было сделать по краткости времени, почти постоянно неблагоприятствовавшей погоды в особенности продолжительных кратких ветрах, от которых суда бывали не редко в крайней опасности.

Господствующие ветры на Аральском море дуют из северной половины компаса: вообще, Аральское море принадлежит к числу самых бурливых и беспокойных. Ветер крепчает вдруг, разводит большое волнение и потом, стихнув, оставляет после себя самую неприятную зыбь, при которой лавировать нет никакой возможности. Ровных умеренных ветров, которые бы дули по несколько суток сряду, не было в оба года: — большею частью были или штили, или крепкие ветры, а не редко жестокие штормы. Едучи с севера на юг можно здесь всегда рассчитывать на попутные ветры, тогда как путь с юга на север сопряжен с большими затруднениями; а потому, чтобы употребить Аральское море с пользой, которая несомненна в случае военной экспедиции, необходимы мелко сидящие в воде железные пароходы, уголь для которых есть в пластах полуострова Куланды 1, в яре, отстоящем сажень на 150 от прибрежья, и в заливе Кара-тамаке; достоинство последнего однако ниже, чем первого.

Под осмотренным на полуострове Куланды пластом угля, находящемся на углублении 6 фут от поверхности яра, должен быть другой пласт, выходящий в воду: — это видно из того, что на песчаном прибрежьи разбросаны куски каменного угля совершенно другого свойства и высшего достоинства чем в верхнем пласте, значит угля, не принадлежащего к верхнему пласту, — куски эти без сомнения отламывает и выбрасывает на берег волнением, а пласт их должен быть не глубоко ниже поверхности воды.. Недоста/169/ток времени и средств не дозволил исследовать этот факт должным образом.

Наибольшие глубины Аральского моря находятся в Северо-западной части, где дно образует яму глубиною между 20 и 37 саженями; в середине же моря не найдено глубины более 15 сажен. Грунт везде хороший, в середине и у западного берега ил, а у южного и восточного песок. Подводные камни есть только по южную и северную стороны острова Николая I-го; кроме того от мыса Узун-Каира (на полуостр. Куланды) тянется к югу на милю каменный риф. Вкус морской воды горько-соленый, но в несравненно меньшей степени чем в океане — от множества пресной воды, вливаемой в Аральское море Сыр и Аму-Дарьями. Судя по рассказам киргизов-стариков, по обнажению из-под воды мелей, превращающихся в новые острова; по прибрежным утесам, подмытым волнением на высоте, до которой теперешнее волнение достигнуть не может и по береговым насыпям гальков и песку (levés de sable et de galets), должно заключать, что уровень Аральского моря постепенно понижается.

В Аральском море водятся осетрие, шипы, сомы, усачи, сазаны и род сельдей, весьма нежных и вкусных; кроме того в реках водятся жерехи, судаки, щуки, облы и подлещики. Белуг, севрюг и настоящих осетров и также тюленей, которых в Каспийском море такое множество, здесь нет. Птицы по берегам и островам: пеликаны (бабы), бакланы, чайки, мартышки, лебеди, цапли, калбики, в южной части изредка попадались красные гуси (flamands). На одном только острове Николая I водятся сайгаки, но на берегах моря и прибрежных островах видели много следов тигровых, кабаньих, волчьих, лисьих и сайгачьих.

Река Сыр-Дарья имеет два сливные устья: одно по северную, а другое по южную сторону острова Кос-Арала; последнее обмелело и заросло камышем и хугою, а в первом, в самой дельте глубина беспрестанно переменяется. Зимой, когда лед лежит во многих местах на дне, течение продирает себе путь под ним и углубляет к весне фарватеры, на которых тогда от 3½ до 4 фут глубины; но к осени фарватеры заносит снова и на них остается не более 2 ½ и 2 фут. Русла Сыра в устьях начинают мелеть с исхода сентября. Зимою река покрывается льдом, достаточно толстым для перевозки больших тяжестей. В зиму 1848-49 г. лед простоял с 27 ноября до 2-го апреля, а речные заливы и озерки замерзли еще 22-го октября. Самая высокая вода в Сыре бывает весною и в июле.

Куван-Дарья, отделяющаяся от Сыра, теперь уже вовсе не вливает воды в Аральское море. Устья ее совершенно обсохли. Вода, набегающая в русло весною во время таяния снегов, удерживается плотинами, устроенными киргизами.

Аму-Дарья впадает в Аральское море четырьмя устьями: самое западное идет вдоль Усть-Урта, но обмелело до 2-х фут и заросло камышем; из него пресная вода выбывает в море на расстояние около 20 верст к северу. Второе устье впадает в залив Талдык, по восточную сторону острова Токмак-Ата. Оно разделяется на множество протоков и кроме того каракалпаки отвели из него для земледелия выходящие в море каналы Карабайли и Буз-Узюк. Тут в одном только весьма быстром протоке найдено 3 фута глубины: во всех же остальных не более 2½, 2 и 1½ фут. Третье устье Аму-Дарьи, Джалпак, имеет теперь весьма слабое течение; до того слабое, что за 2-х футовою мелью, тянущеюся поперек всего залива, в который впадает этот рукав, после продолжительных крепких северных ветров встречается соленоватая вода. Четвертое и самое восточное устье находится у Быш-Кума и называется Джан-Дарья. Прапорщик Поспелов, делавший там съемку, проникал во внутрь протоков на 3 версты и не находил глубины меньше 4-х фут на фарватер. По всей вероятности, этот рукав может быть /170/ судоходен для мелкосидящих железных плоскодонных пароходов с железными же баржами на буксире. Должно полагать, что с пароходом этого рода, облегчив его несколько и вылив воду из паровых котлов, можно перейти мели устьев Аму-Дарьи и проникнуть в нее как рукавом Джан-Дарьей, так и Талдыком. Без сомнения в Аму, как и во всех больших реках, мели только при устьях, а выше дельт — глубина должна быть больше. Джан-Дарья течет тихо и впадает в обширный, образуемый островами залив, который весь наполняется пресною водою. На обросших по закраинам камышом и кугою островах устья, называемых Быш-Кум (пять песков), растет в большом изобилии джида (ягоды). Залив этого устья представляет превосходную якорную стоянку, закрытую со всех сторон, с пресною водою подле борта и дровами на островах, но входя туда при свежем ветре надо быть осторожным, потому что у юго-восточного берега моря большие мели.

Из островов здешних замечательнейший остр. Николай I. Он покрыт кустарником, саксаульником и джангилом. Там водятся в бесчисленном множестве сайгаки (род диких коз), которые не боятся человека и которых мясо весьма вкусно и питательно. Вода в копанях западного и северного берега весьма хорошая, а в южной части острова, в небольшом озерке, находится соль большая и прекрасная.

Остров Кур-Арал (синий остров) отделяется от материка узким и мелким проливом; на нем зимою постоянно кочуют киргизы. Вода в копанях хорошая.

На острове Барса-Кильмес (кто пойдет не придет) * жили киргизы 7 лет сряду, до весны 1848 г. Они перебрались на остров по льду и там в безопасности от грабежей хивинцев и своих одноплеменных барантовщиков, разбогатели скотом; но переселившись на материк весною 1848 г. они были тотчас же ограблены. Вода в здешних копанях горьковатая и скоро портится даже в железных цистернах: суток через 3 или 4 она горкнет до того, что ее можно употреблять только в крайности.

Остров Токмак-Ата, находящийся при впадающем в залив Талдык рукаве Аму-Дарьи, представляет удобное место для складочного пункта в случае военной экспедиции и для коммерческой фактории: На нем в изобилии кустарник, джангил и джида — последняя растет довольно большими деревьями, вода пресная подле, и, сколько можно было рассмотреть в зрительную трубу с топ-мачты, есть корм для скота. В 1848 г. на острове видны были люди, рогатый скот и бараны, но в начале июня следующего года на нем не видно было живой души, хотя по берегам залива, подле устьев Аму-Дарьи были расположены огромные аулы каракалпаков. Киргиз, находившийся на шхуне, объяснил, что на этот остров приходят только богомольцы и что иногда и сам Хан посещает его с благочестивою целью.

Хороших якорных стоянок, закрытых от всех ветров, весьма мало. Плавающие здесь суда могут находить убежище в Северной и Южной бухтах острова Николая I и за мысом Узун-Каиром, составляющим Южную оконечность полуострова Куланды; но совершенно закрытых природных гаваней найдено на Аральском море только три: 1, в северной части подле залива Перовского небольшой залив Чубар-Тарауз, 2, Залив Туще-Бас пред устьем Джан-Дарьи и 3, на юговосточном берегу полуострова Куланды в 8 верстах от пласта каменного угля. Все эти гавани могут быть употреблены с большою пользою в случае военной экспедиции. Около залива Чубар-Тараузы в изобилии пресной воды в копанях и родниках и есть корм. От этого залива на железных пароходах с железными баржами на буксире можно доставить в одни сутки войск или тяжести на остров Токмак-Ата, лежащий против Аму-Дарьи или в устье Джан-Дарьи, впадающей в залив Туще-Бас, которою можно проникнуть в самое сердце Хивинского Ханства. В третьей гавани могут суда дожидаться груза, угля с Куланды и благоприятного для отплытия времени. Сверх того, в северной части есть также и другие весьма хорошие якорные стоянки, но как господствующие ветры на Аральском море преимущественно северные, то судам в этих местах вряд ли придется укрываться от штормов. У восточного берега есть также хорошие бухты, но так как там все берега похожи один на другой, то в случае /171/ крепкого ветра легко можно ошибиться и вместо надежного убежища попасть на мель и претерпеть крушение.

Берега Аральского моря представляют кругом совершенную пустыню. Восточный берег песчан, низмен и покрыт кустами саксаула, джангила и куян-суюка, из которого киргизы добывают желтую краску. Около него множество островов, из которых наибольший остров Меншикова. К югу от высохших устьев Куван-Дарьи весь берег изрезан глубоко вдающимися во внутрь заливами с узкими и мелкими входами. Северный и северо-западный берега, до начала Усть-Урта, состоят из глинистых плоских возвышенностей от 100 до 300 фут вышины, обрывистых с южной стороны и отлогосклоняющихся к северной. К этой же формации принадлежат острова Куг-Арал и Барса-Кельмес. За оврагом Каратамак (черное горло), к которому примыкают пески Большие Барсуки, начинается столообразная плоская возвышенность Усть-Урта, вышиною до 300 фут, обрывистая с морской стороны и обнаруживающая по разбросанным на скатах клочкам яркой зелени, присутствие родников и пресной воды в копанях. По закраине Усть-Урта ходят караваны; киргизы устроили на высотах приметы у тех местах, где удобно спускаться на водопой. Южный берег моря состоит весь из заросшего камышом наносного ила из Аму-Дарьи и песков, намываемых волнением северных ветров. На островах, лежащих у восточного берега моря, находится пресная вода: в копанях на островах Куш-Джитмес, Чучка-Баш и Меншикова; на самом же материке дорывались только до горькой воды.

Аральское море — по киргизски Арал-Тынгиз, т. е. «Островное море» — разделяется у киргизов на две неравные части: северная, до южного берега острова Барса-Кильмеса, называется Малым морем и замерзает почти ежегодно. Южная часть, Большое море, не замерзает по словам стариков, которые однако слыхали от своих отцов, что раз в необыкновенно жесткую зиму и оно замерзло. Вероятно тогда и сайгаки попали на остров Николай I.

Для торговли Аральское море может быть употреблено с пользой, если на остров Токмак-Ата или в устье Джин-Дарьи, при судоходстве по Аму-Дарье устроятся коммерческие фактории. Тогда товары могут быть доставлены в Раим на воловьих подводах или верблюдах и потом перевезутся в фактории на судах; а произведения Хивы и Бухары могут нагружаться на суда в тех же факториях и потом, доставленные в устье Сыр-Дарьи, где превосходная якорная стоянка, тогда как в заливе Талдык стоянка открытая при северных ветрах...

Подписал: Генерал от Инфантерии Обручев. Верно: старший адъютант штабс-капитан Макшеев.



* Название это произошло от нескольких несчастных случаев, происшедших с перекочевавшими туда киргизами, под которыми вдруг разламывало лед и они утопали.


ЦДВІА, ф. 1441, оп. 1, спр. 34, арк. 234 — 245.

1 Т. Г. Шевченко майже всі згадані пункти відтворив у своїх малюнках.







№ 318. 1849 р., листопада 5. Рапорт капітан-лейтенанта О. І. Бутакова штабу Окремого оренбурзького корпусу про прибуття Томаша Вернера і Т. Г. Шевченка до Оренбурга, з проханням прикомандирувати на допомогу Т. Г. Шевченкові Броніслава Залєського


В штаб Оренбургского отделения корпуса капитан-лейтенанта Бутакова


Рапорт


Из числа чинов, состоявших в морской экспедиции, прибыли в Оренбург, вследствие рапорта моего г. начальнику 23-й пехотной дивизии от 22 апреля за № 173-м, унтер-офицер 4-го батальона Фома Вернер и рядовой Тарас Шевченко, необходимые мне здесь для окончательных работ по описи Аральского моря.

Так как рядовой Шевченко, находившийся в экспедиции для снимания видов берегов Аральского моря, не может по краткости времени кончить все рисунки, которые должны быть представлены господину военному министру, то, узнав, что во 2-м батальоне есть умеющий рисовать рядовой Бро/172/нислав Залесский, имею честь всепокорнейше просить прикомандировать его на время ко мне, в помощь рядовому Шевченко, для отделки гидрографических видов берегов Аральского моря, а равно и прикомандированного ко мне унтер-офицера Вернера, необходимого мне для составления геологического описания берегов, так как собирание образцов по части естественных наук было поручено ему, а рядового Шевченко для отделки живописных видов.

О чем штабу Оренбургского отдельного корпуса честь имею донести.


Оренбург

5 ноября 1849

№ 285


ІЛ, ф. I, № 406, спр. 201, арк. 21 — 21 зв. Оригінал.

На документі написи: «Доложено 7 ноября. Приказание поднять переписку о Шевченко, а между сообщить по принадлежности о прикомандировании Вернера, Шевченка и Залесского для работы к к[апитан]-л[ейтенанту] Бутакову, и сему последнему предписать представить подробно о занятиях каждого из означенных нижн[их] чинов, как и самые занятия»; «Нужное, доложить г. корпусному командиру»; «5 ноября»; «К делу 23 нояб[ря]»; «Кор[пусного] штаба № 4917 получ[ено] 6 ноября 1849».








№ 319. 1849 р., листопада 9. Повідомлення виконуючого обов’язки чергового штаб-офіцера Окремого оренбурзького корпусу майора Ф. Ф. Енгмана про відрядження унтер-офіцера Томаша Вернера і рядових Т. Г. Шевченка та Бр. Залєського в розпорядження капітан-лейтенанта О. І. Бутакова


Господин корпусной командир, вследствие ходатайства капитан-лейтенанта Бутакова, разрешив отправить к нему унтер-офицера Фому Вернера и рядовых Шевченку и Залесского, первого для составления геологического описания берегов Аральского моря по части естественных наук, а последних для окончательной описи и отделки гидрографических видов, приказать изволил: предписать капитан-лейтенанту Бутакову представить подробный о занятиях каждого из означенных нижних чинов отчет, как равно и самые работы их.

Штаб Отдельного оренбургского корпуса имеет честь сообщить о сем Отделению Генерального штаба к надлежащему исполнению.


Исполняющий должность дежурного штаб-офицера майор Энгман


№ 3605

9 ноября 1849 года

г. Оренбург

В Отделение Генерального штаба


ЦДВІА, ф. 1441, оп. 1, спр. 34, арк. 106 — 106 зв. Оригінал.

На документі напис: «Г[енерального] Шт[аба] № 1443. По вход. 13 ноября 1849 года» та резолюція (нерозбірливо).








№ 320. 1849 р., листопада 10. Рапорт виконуючого обов’язки начальника штабу Окремого оренбурзького корпусу М. Л. Фантон де Веррайона начальнику 23-ої піхотної дивізії О. О. Толмачову про дозвіл командира Окремого оренбурзького корпусу відрядити до О. I. Бутакова унтер-офіцера Томаша Вернера, рядових Т. Г. Шевченка і Бр. Залеського для закінчення роботи над матеріалами Аральської експедиції


№ 5042, 10 ноября


Господину начальнику 23 пехотной дивизии

Исправляющего должность начальника штаба


Рапорт


Господин корпусной командир, вследствие ходатайства капитан-лейтенанта Бутакова, приказать изволил: Оренбургских линейных батальонов № 4-го унтер-офицера Фому Вернера, рядового Тараса Шевченку и 2-го ба/173/тальона рядового Бронислава Залесского отправить к означенному штабофицеру для окончательных работ по описи берегов Аральского моря 1.

Доводя об этом до сведения вашего превосходительства, имею честь покорнейше просить приказать унтер-офицера Вернера и рядового Шевченку, возвратившихся в Оренбург из Раимского укрепления и состоящих уже при господине Бутакове, прикомандировать для довольствия к одному из расположенных здесь батальонов, а рядового Залесского ныне же отправить к помянутому штаб-офицеру.


Подписал полковник Фантон де Веррайон

Верно: старший адъютант штаб-капитан [підпис]


ІЛ, ф. 1, оп. 406, спр. 201, арк. 23 — 23 зв. Копія.

1 Виконані в час Аральської експедиції малюнки Шевченка в переважній більшості зберігаються в ДМШ.







№321. 1849 р., листопада 20. Запит командира Окремого оренбурзького корпусу В. О. Обручова шефу жандармів О. Ф. Орлову про дозвіл Т. Г. Шевченкові малювати під наглядом вищого начальства


Секретно


20 ноября 1849 года

№ 55


Милостивый государь граф Алексей Федорович.


По высочайшему повелению, последовавшему в исходе мая 1847-го года, бывший художник С.-Петербургской Академии художеств Тарас Шевченко, за сочинение возмутительных стихов на малороссийском языке, определен рядовым во вверенный мне корпус, с правом выслуги, под строжайший надзор и с запрещением ему писать и рисовать.

От 30 января 1848 года за № 163-м ваше сиятельство изволили относиться ко мне с вопросом: в каком батальоне упомянутый рядовой Шевченко состоит на службе, каков по службе, в поведении и образе мыслей, и заслуживает ли он ходатайства о дозволении ему заниматься рисованием.

Командовавший в отсутствие мое корпусом генерал-лейтенант Толмачев донес вашему сиятельству, что рядовой Шевченко состоит на службе в Оренбургском линейном № 5-го батальоне, ведет себя хорошо, службой занимается усердно, в образе его мыслей ничего предосудительного не замечено, и, по засвидетельствованию ближайшего его начальства, он заслуживает ходатайства о дозволении заниматься ему рисованием.

Не имея на это разрешения вашего сиятельства, я имею честь покорнейше просить вас, милостивый государь, почтить меня уведомлением, можно ли дозволить рядовому Шевченко заниматься рисованием, под наблюдением ближайшего его начальства.

С отличнейшим уважением и совершенною преданностью имею честь быть


Вашего сиятельства покорнейшим слугою В. Обручев

Его сият[ельст]ву графу А. Ф. Орлову.


ДМШ, А-52, спр. 81, ч. 6, арк. 90 — 91. Оригінал.

На документі помітка О. Ф. Орлова: «Можно, но работу представлять на просмотр ген[ерал]-губ[ернатору]» та написи: «№ 3647»; «5 декабря 1849».






№ 322. 1849 р., листопада 27. Із доповідної записки відставного підполковника В. І. Андреева Миколі I


Ноября 27 дня 1849 г.

г. Лубны


Докладная записка


...В 1845 году, в самое то время, когда мятеж свирепствовал в городе Кракове и Галиции, шайка поляков без письменных видов, состоящая из /174/ 20 человек, прибыла в город Лубны под видом странствующей труппы; кроме получаемых в то время секретных повелений иметь неослабный надзор за польскими выходцами, и закон указывал мне прямую обязанность, несмотря ни на какое лицо, не имеющее о себе письменного вида, считать бродягою, я немедленно остановил их в городе Лубнах, вместе с тем открыл розыски о происхождении их с местами, ими указанными, но некоторые из польских уроженцев, находящиеся на службе в городе Лубнах, приняв живое участие в судьбе своих земляков, видя мою непреклонность в нарушении своего долга, обратились с просьбою к уездному предводителю Алексееву, чтобы он исходатайствовал разрешение давать театральные представления сей труппе бродяг.

Господин предводитель послал немедленно нарочного с просьбою о сем разрешении к господину начальнику губернии, который в ответ на то строго предписал мне, не стесняя эту труппу бродяг, дозволить им давать свои представления, несмотря на мои донесения, что люди сии не только не имеют ни один из них законного вида, но и по высочайшему вашего императорского величества повелению указанного свидетельства от местного генерал-губернатора для лиц из западных губерний и дозволения из 3-го отделения собственной канцелярии вашего величества, но на все мои донесения я не получил в разрешение никакого ответа, как в самое это время явился в городе Лубнах известный возмутитель академик 1 Тарас Шевченко, который своими либеральными возгласами, сочиненными им, и оскорбительными эпиграммами противу особы вашего императорского величества, видимо, старался бросить пламенник мятежа и кровавых междоусобий и в Малороссию, подобно происходившим в западных губерниях, восстановить народ противу законной власти.

Видя я всю важность настоящего обстоятельства и чтобы не теряя времени успеть предупредить готовящееся зло, я решился, не доверяя уже по предыдущему действию гражданского губернатора, прямо эстафетом донести о всех сведениях по сему, мною собранных, господину генерал-губернатору князю Долгорукову, находящемуся в то время в Санкт-Петербурге, вследствие чего означенный государственный преступник Шевченко и с сообщниками своими был схвачен и понес заслуженное им наказание...2


Подполковник Андреев


Его императорскому величеству


ЦДВІА, ф. 395. оп. 155/507, спр. 1118, ар.к. 7 — 16.

1 У той час Шевченко був «некласним художником». Звання «академіка» він одержав у 1860 р.

2 Шевченка заарештовано в 1847 р. за участь у Кирило-Мефодіївському товаристві по доносу провокатора Петрова.






№ 323. 1849 р., грудня 9. Доповідь начальника III відділу О. Ф. Орлова Миколі I у зв’язку з клопотанням дозволити Т. Г. Шевченкові малювати


Копия


О рядовом Шевченке


В 1847 г. художник Шевченко, находясь в Киеве, был в связях с молодыми людьми, которые составляли Украйно-Славянское общество, и потому был доставлен арестованным в С.-Петербург.

Хотя по исследованию оказалось, что Шевченко не принадлежал к упомянутому обществу, но обнаружено, что он, сочиняя малороссийские стихи, выражал плач о мнимых бедствиях Украйны, описывал славу гетманских времен и прежнюю вольницу козачества, изливал клеветы и желчь даже на особ императорской фамилии, забывая в них личных своих благодетелей, удостоивших выкупить его из крепостного состояния.

При решении Украйно-славянского дела я полагал: Шевченко определить рядовым в Отдельный оренбургский корпус, с правом выслуги, поручив начальству иметь строжайшее наблюдение, дабы от него ни под каким /175/ видом не могло выходить возмутительных и пасквильных сочинений. Ваше императорское величество, высочайше утвердив такое мнение, собственноручно написать соизволили: «Под строжайший надзор и с запрещением писать и рисовать».

В исполнение сего Шевченко тогда же определен рядовым в Оренбургский линейный № 5 батальон.

В январе 1848 г. поступало ко мне ходатайство о дозволении Шевченке рисовать, и начальство Отдельного оренбургского корпуса в то время отозвалось, что означенный рядовой ведет себя хорошо, службою занимается усердно и в образе мыслей его не замечено ничего предосудительного, а поэтому он заслуживает испрашиваемого ему дозволения рисовать; но я тогда признавал еще рановременным входить по сему предмету со всеподданнейшим докладом.

Ныне генерал от инфантерии Обручев, ссылаясь на упомянутую переписку, спрашивает: можно ли дозволить Шевченке заниматься рисованием, под. наблюдением ближайшего начальства?

Всеподданнейше докладывая о сем вашему императорскому величеству и принимая во внимание, с одной стороны, одобрительный отзыв нынешнего начальства о поведении Шевченки, а с другой, что рядовой сей и в прежнее время неблагонамеренность свою обнаруживал в сочинении стихов, рисунков же подобного содержания не было между его бумагами, я осмеливаюсь испрашивать, не соизволите ли высочайше разрешить ему заниматься рисованием, с тем, однако же, чтобы он произведения свои представлял на просмотр оренбургского военного губернатора.


Подписал Генерал-адъютант граф Орлов

Скрепил Генерал-лейтенант Дубельт

Верно: Генерал-лейт[енант] Дубельт


9-го декабря 1849 года


ДМШ, А-52, сюр. 81, ч. 6, арк. 92 — 94, 94 зв. Копія.

На документі написи: «На подлинном рукою графа Орлова написано карандашом: «Высочайшего соизволения не воспоследовало. Верно: Ген[ерал]-лейт[енант] Дубельт» та «№ 127».







№ 324. 1849 р., грудня 12. Лист начальника III відділу О. Ф. Орлова командиру Окремого оренбурзького корпусу В. О. Обручову про відмову Миколи I дати дозвіл Т. Г. Шевченкові малювати


С.-Петербург

12 декабря 1849 г.

№ 2955


Милостивый государь Владимир Афанасьевич!


Вследствие отношения вашего высокопревосходительства от 20 ноября № 55, я входил со всеподданнейшим докладом к государю императору о дозволении рядовому Оренбургского линейного батальона Шевченко заниматься рисованием, но высочайшего соизволения на таковое мое представление не последовало.

Сообщая о сем вашему высокопревосходительству для зависящего исполнения, имею честь удостоверить вас, милостивый государь, в истинном моем почтении и преданности.


Граф Орлов


Его высокопревосход[ительст]ву В. А. Обручеву


ІЛ, ф. 1, № 406, спр. 201, арк. 27. Оригінал.

На документі резолюція: «Сообщить по принадлеж[ности]. 23 декабря» та напис «№ 732. 23 декабря 1849». /176/







№ 325. 1849 р. Іменний список покараних відданням у солдат нижніх чинів Оренбурзького лінійного батальону № 5


Именный список

Оренбургского линейного батальона № 5 нижним чинам,

поступившим в оный из разжалованных офицеров,

отданных в службу по конфирмациям

господина главнокомандующего действующею армиею

за политические преступления 1849 г.


Чины, имена и прозвания

Время вступления в службу





Кто за какое преступление разжалован и отдан в службу

Кто из какого полка или команды переведен в сей батальон


годы

месяцы

числа



Зри

Рядовые:

Дмитрий

Карпов

сын Гуськов

[1]839

август

4

По высочайшей конфирмации, изъясненной в предписании генерал-аудиториата от 14 ноября [1]844 года за № 4224, за пьянство и буйственные поступки разжалован из прапорщиков в рядовые.

В сей батальон переведен из Оренбургского линейного № 4 батальона по распоряжению дивизионного начальника господина генерал-лейтенанта Толмачева от 3 мая 1844 года за № 164-м

Петр

Викторов

сын Ивашкевич

[1]830

декабрь

5

По высочайшей конфирмации [кілька слів нерозбірливо] генерал-аудиториата в 6 день февраля 1847 года за № 111 [?]. За растрату отпущенных ему двухкратно прогонных денег на проезд от крепости Свеабурга до города Барнаула по переводе из финляндского линейного № 11 батальона в Сибирский линейный № 10 батальон и другие предосудительные поступки лишен дворянского достоинства, разжалован из прапорщиков в рядовые

С определением в сей батальон

Александр

Васильев

сын Перекрестов

[1]813

декабрь

4

По высочайшей конфирмации государя императора в 9 день января 1847 года а) за продержание унтерофицера Бранивского под арестом в каземате 9 дней и потом наказание его розгами, после чего он, не пробывши 12 часов, умер; б) в наказании розгами и нанесении своеручных побоев другим нижним чинам, изъятым от телесного наказания по происхождению их и особым преимуществам; /177/



Время вступления в службу







Чины, имена и прозвания

годы

месяцы

числа

Кто за какое преступление разжалован и отдан в службу

Кто из какого полка или команды переведен в сей батальон





в) в наказании 13 человек нижних чинов своеручно нагайками за нежелание их в праздничные дни косить сено; г) в необъявлении приказаний по батальону о некоторых распоряжениях начальства, относящихся до сведения воинских чинов и в особенности по пересушке в 1844 году для отряда действующих войск сухарей, от чего от нижних чинов возникшей претензии на незаплату им за то; д) в употреблении нижних чинов в собственные работы на своем кирпичном заводе без платы; е) в помешательстве при покупке для нижних чинов овчин для полушубков, которые по показанию их оказались дурного качества и [ж] в наказании некоторых нижних чинов за проступки без всякого розыскания, которое превышало — наказание — его власть; по сем, не доводил до сведения высшего начальства и не записывал в штрафные журналы; з) и несвоевременном истребовании от своего предшественника подполковника Петриева числивших[ся] за ним с 1843 года 60 р. 97 к. серебром порционных денег, которые получены от него и выданы в Кизлярскую инвалидную команду только в половине мая 1845 года, за каковые поступки лишен чинов, орденов, разжалован из подполковников в рядовые с назначением на службу в войска Отдельного оренбургского корпуса. За смерть же унтер-офицера Брезовского 1 в последствие от жестокого наказания для очищения совести предан /178/


Чины, имена и прозвания

Время вступления в службу в с





Кто за какое преступление разжалован и отдан в службу

Кто из какого полка или команды переведен в сей батальон


годы

месяцы

числа







церковному покаянию по усмотрению духовного начальства


Здесь унтер офицеры:

Александр Каетанов

сын Попель

[1]839

май

6

По высочайшему повелению от 12 марта 1839 года за участие в тайных возмутительных обществах

С определением в сей батальон

Александр Матвеев сын Карпов

[1]836

июня

30

По указу правительствующего сената за противозаконные поступки лишен обер-офицерского звания

В сей батальон переведен из бывшего Оренбургского линейного № 5 батальона по распоряжению начальника [нерозб.] пехотной дивизии от [нерозб.] июня 1847 года за № 1466

Рядовые:

Ипполит Завацкий

[1]846

ав-

густ

15

Из служителей горных заводов царства Польского, по решению генерал-фельдмаршала, изъясненного в отношении канцелярии наместника его императорского царского величества в царстве Польском от 26 апреля / 6 мая, наказан шпицрутеном через 500 человек два ряда с определением в Оренбургский отдельный корпус

С определением в сей батальон

4-й

Антон Фишер

[1]846

сентябрь

15

По конфирмации главного командующего действующею армиею за принятие к себе подозрительного человека, вспомоществование ему к побегу и прочие поступки, открытые следственною комиссиею, составленною над злоумышленниками по делу о политических преступлениях в царстве Польском

С определением в сей батальон

Яков

Тимофеев

сын Михалько

[1]846

мая

22

По высочайшему повелению за нахождение с давнего времени в бегах переданы по распоряжению Галицкого президента с определение в Отдельный оренбургский корпус /179/

С определением в сей батальон

Чины, имена и прозвания

Время вступления в службу





Кто за какое преступление разжалован и отдан в службу

Кто из какого полка или команды переведен в сей батальон


годы

месяцы

числа



Петр Тимофеев

сын Маслюк

[1]846

мая

24



Иван Иванов

сын Дарчюк

»

»

22





Михайло Лаврентьев

сын Чемерда

»

»

24





Северин Буковский

»

июня

18





Тарас Егоров

сын Шевченко

[1]847

июня

23

По высочайшему повелению, объявленному в предписании корпусного командира от 10 июня 1847 года № 25, художник С.-Петербургской Академии за сочинение на малороссийском языке стихов возмутительных и самого дерзкого содержания определен в войска Отдельного оренбургского корпуса с правом выслуги

С определением в сей батальон


ІЛ, ф. 1, № 437, арк. 1 — 3 зв. Копія.

1 Цього ж унтер офіцера вище названо Бранівським.














Попередня     Головна     Наступна


Вибрана сторінка

Арістотель:   Призначення держави в людському житті постає в досягненні (за допомогою законів) доброчесного життя, умови й забезпечення людського щастя. Останнє ж можливе лише в умовах громади. Адже тільки в суспільстві люди можуть формуватися, виховуватися як моральні істоти. Арістотель визначає людину як суспільну істоту, яка наділена розумом. Проте необхідне виховання людини можливе лише в справедливій державі, де наявність добрих законів та їх дотримування удосконалюють людину й сприяють розвитку в ній шляхетних задатків.   ( Арістотель )



Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть мишкою ціле слово та натисніть Ctrl+Enter.

Iзборник. Історія України IX-XVIII ст.